Сердце некроманта

Он был уверен, что это сказки.

— А площадь Правосудия?

— Врет как очевидец, помнишь? Губерт тоже знает, как быстро слухи извращают факты, поэтому тогда он не поверил. Но Роналду и его телохранителям не свойственны глупые фантазии. — Дитрих усмехнулся. — Кажется, в мечтах нового короля уже появились армии мертвецов. Ничего, он человек неглупый, хоть и притворяется туповатым задирой. Быстро сообразит, что дело это слишком хлопотное. Трупы-то разлагаются.

Меня передернуло, стоило представить. Дитрих понял и перевел разговор на другую тему:

— Так вот, как я говорил, Ордену либо придется уступить, либо получить полномасштабную войну на несколько фронтов. Не войну в обычном понимании, конечно. Те же методы, что последние века практиковал сам Орден. Обвинения в ереси, аресты, а дальше… Кто-нибудь да признается в том, что Первый брат лично поедал младенцев, а все остальные инквизиторы призывали демонов, потому и прорывы участились. И, что показательно, прекратились после ареста всех членов Ордена.

— Но это неправда!

— Это политика. — Муж поморщился. — Потому я и хочу убраться из дворца, как только все это закончится. Не я придумал этот план, но так или иначе в нем замазался. Однако в новые гениальные планы я вляпаться не хочу.

Я сжала его ладонь.

— Даром что теперь уже не отмыться, но… Как я уже сказал, когда речь идет о жизни, собственной или дорогого человека, приходится шире смотреть на вещи. — Усмешка его была очень невеселой.

— Прости, я…

Я ткнулась лбом в его плечо, наплевав, что за нами могли наблюдать. Дитрих обнял меня.

— Ты-то тут при чем? Я свой выбор сделал еще там, на площади, и знал, что цена может оказаться неподъемной. Тебе не в чем себя винить. И если тебе это важно… Я не пожалел ни минуты.

Какое-то время мы молчали.

— Но если Орден не так сложно поставить на место, почему отец не мог сделать все то же самое? — спросила я наконец.

Глава 38

Дитрих приподнял бровь, и я сообразила.

— Из-за меня? Но король отказался от меня еще восемь лет назад!

— Когда тебя отдали в обитель, все было не так просто. Далеко не все соседи поддержали бы короля, если бы он решил надавить на Орден. Да и историю Хейндрика Роналд припоминал не просто так.

Отец — точнее, душа моего отца — жаловался, что оказался слабым правителем.

— Твой отец унаследовал трон незадолго до того, как тебя отдали в Орден. Судя по всему, престол под королем здорово шатался.

Похоже, наследство моего деда было таким, что и врагу не пожелаешь, и отец не справился вовсе не потому, что был плохим королем. Впрочем, мне трудно об этом судить, слишком мало я знала о правителях.

— С тех пор и внутри страны многое изменилось, и у соседей. Кое-где к власти пришли новые династии, и, я подозреваю, не без участия нашего величества, — продолжал Дитрих.