Сердце не обмануть

— Таня, Саша сказал тебе что-то обидное? Пожалуйста, не обращай на него внимания. Он в последнее время сам не свой.

Взяв Ангелину под руку, Татьяна постаралась придать лицу безмятежное выражение, но от пристального взгляда mademoiselle Игнатьевой не укрылось, что подруга что-то скрывает.

— Ничего страшного, ma cherie, Александр Васильевич лишь сообщил мне, что я не подходящая для тебя компания.

— Вздор! Ты моя лучшая подруга, ты мне как сестра.

— Спасибо на добром слове, дорогая.

Татьяна ощутила, как сотни глаз посмотрели в её сторону. Но это ее не волновало. И даже если бы ей сказали, что на бал приехал сам император, она бы всё равно не удивилась.

Юлия Николаевна, заприметив бледную внучку, поспешила ей навстречу.

— Танечка, что с тобой? Ты часом не заболела?

— Grand-mere, я бы хотела отправиться домой, мне отчего-то стало дурно.

— Татьяна, покидать хозяев в разгар бала — дурной тон, но если тебе и вправду нездоровится, я извинюсь перед Полиной Андреевной и Михаилом Петровичем.

Татьяна кивнула. То ли выпитое шампанское, то ли тет-а-тет с графом забрали у неё последние силы.

Ангелина вновь попыталась разговорить подругу:

— Танечка, ты уверена, что рассказала мне всё?

— Разве мне есть что скрывать? Всё было так, как я тебе сказала. — Она тяжело вздохнула. Голову словно стиснуло стальным обручем. Приложив кончики пальцев, Татьяна чуть потёрла виски.

По дороге домой Таня не проронила ни слова. Сложив руки на коленях, она смотрела в окошко, не замечая ничего вокруг.

Вернувшись домой, девушка хотела сразу подняться в свои покои, но строгий взгляд Владимира остановил её.

— Тата, ты не хочешь поговорить? — он специально назвал сестру этим именем, чтобы напомнить о былом времени, когда они жили с родителями на Кавказе, где их отец нёс службу.

Пытаясь вызвать Татьяну на откровенный разговор, Владимир старался скрыть недоумение, которое охватило его. Он не понимал, откуда столь разительная перемена настроения. Татьяна так мечтала об этом бале, но, видимо, что-то случилось, раз она пожелала уехать домой.

Таня глянула на брата и отрицательно покачала головой. Ей совсем не хотелось делиться с братом своими мыслями. Может быть, утром, когда она вновь вернёт себе способность рассуждать здраво, она расскажет всё Владимиру.

— Прости, Володя, я очень устала, — обойдя брата, она стала подниматься по высокой лестнице.

Едва оказавшись в своих покоях, Татьяна позвонила в колокольчик.

На пороге появилась заспанная Марфа. Она никак не ожидала, что хозяева изволят вернуться раньше.

— Что стоишь? — огрызнулась Таня. — Раздеться помоги.

Решив не спорить с разгневанной барышней, Марфа принялась расстёгивать платье, а затем последовал корсет. Помогая надеть Татьяне строчку, Марфа заметила, что барышня чем-то огорчена.