Сердце Моего Монстра (ЛП)

Ему все еще не нравилась мысль о том, что его собственность достанется другому человеку, поэтому, когда правительство обратилось к нему с просьбой уничтожить вас, он согласился. Но вот самая важная часть головоломки, миссис Иванова. Юлия — та, кто подсказала ему этот план. Но это еще не конец всего. Мой отец оставил мне карту памяти, на которой есть совместные фотографии Юлии и Анатолия, а также видеозаписи того, как Анатолий выгнал Юлию из своего клуба, когда она приехала в Россию. Я приглашаю вас прослушать эту небольшую запись, которая лучше объяснит мой следующий пункт.

Кирилл достает свой телефон, и оба, дядя Альберт и Юля, набрасываются на него. Бабушка неожиданно бьет их обоих своей тростью, удерживая их на расстоянии, пока телефон Кирилла озвучивает аудиозапись.

— Ты хочешь сказать, что у меня будет возможность убить их? — Роман говорит по-русски.

Раздается звук соприкосновения кожи с кожей, как будто кто-то осыпает поцелуями все его лицо, прежде чем следует голос Юлии.

— Да, дорогой. У меня есть свой человек в этом доме, который позаботится о том, чтобы сопротивления практически не было.

— Ты уверена? Я убью твоего любовника.

— Он не мой любовник. Ты единственный мужчина, которого я когда-либо любила.

— Правда?

— Правда, дорогой.

Ложь. Даже я слышу фальшь в ее тоне. Судя по тому, как спросил Роман, он, скорее всего, тоже знал. Но, вероятно, решил плыть по течению, потому что все равно хотел использовать ее.

— Кто твой инсайдер? — спрашивает он.

— Альберт. Ему никогда не нравилось находиться под диктаторским руководством своей матери и брата. Он никогда не любил свою жену или даже своих детей. Он тоже готов к работе, пока он и старая леди остаются в живых, поскольку именно она сможет сделать его главой семьи…

Голос Юли обрывается, когда дядя Альберт выбивает телефон прямо из рук Кирилла.

Бледное лицо бабушки должно быть отражает мое.

От груза информации, которую я только что услышала, у меня кружится голова, а сердце сжимается в груди.

Именно дядя Альберт и Юлия спланировали эту резню.

Мой дядя."

"Мой собственный дядя убил всех, о ком я когда-либо заботилась.

Брат моего отца задумал бесчеловечное истребление собственной семьи, включая его детей.

— Что… — бабушка не находит слов. Ее тонкие, морщинистые губы открываются и закрываются в сцене, свидетелем которой я никогда раньше не была. Когда она заговаривает, ее голос едва слышен. — Что все это значит, Альберт?

— Аааа, — он смеется почти издевательски. — Черт. На самом деле мне приятно, что я наконец-то могу сбросить надоедливую маску.

— Альберт!

— Что, мама, что? — кричит он ей в лицо. — Ты всегда боготворила Акима и обожала Анатолия, но я был единственным, кого не хватало в твоем списке.