Сердце Хищника

На верхних полках теснились книги с названиями наподобие «Великая птичья война семнадцатого столетия», «Древний орден анималистов» и «Краткая история миграции насекомых» – если бы Саймон не смотрел на них своими глазами, ни за что бы не поверил в их существование. Пальцы чесались от желания полистать книги, но он замер, заметив очередной том: «Взлёт и падение Звериного короля».

Вспомнив предупреждение крыс, Саймон потянулся к книге. По крайней мере, он может узнать, о чём они говорили.

– Так вот как она выглядит, – сказала Уинтер, нарушив тишину. Испугавшись, Саймон отдёрнул руку. Уинтер рассматривала портрет женщины с прямыми чёрными волосами, голубыми как лёд глазами и узким носом. Ещё один портрет, в этот раз молодого мужчины с песчаного цвета волосами и игривой усмешкой, смотрел на них из-за стола.

– Если это Альфа, то кто… – начал было Саймон, оборачиваясь, но замер. На стене у двери висел третий портрет, и в этот раз он точно знал, что за мужчина с тёмными волосами и ещё более тёмными глазами на нём изображён.

Дэррил.

– Это мой дядя, – сказал он. – Значит, он действительно брат Малкольма.

– Что, думал, слюнявый тебе солгал? – поинтересовалась Уинтер, завалившись на кожаный диван и глядя на него всё ещё красными и припухшими от слёз глазами. – У нас сейчас есть проблемы посерьёзнее. Если Малкольм действительно думает, что птицы на нас напали, тогда он не знает, что Альфа натравила на тебя крыс и что Орион тебя защищает. Но как только всё прояснится…

– Мы уйдём, как только отыщем маму, – сказал Саймон, обходя кабинет в поисках подсказок касательно её местоположения. Но ничего необычного он не нашёл – по крайней мере, ничего, связанного с похищением.

– Альфа могла забрать её в другое место, – сказала Уинтер.

– Она здесь. Ты же слышала крыс.

– Да откуда ты знаешь? Если окажется, что мы рискуем жизнью просто так…

– Других зацепок у нас нет, – сказал Саймон. Жгучий ком вернулся в грудь. – Она должна быть здесь, ну? А если нет, то… то её больше нет, и я не могу об этом задумываться. Не сейчас. – Мама на него рассчитывала.

В кабинете воцарилась тишина, только где-то неподалёку тикали часы."

"– Ты прав. Мы её найдём, – тихо сказала Уинтер. – Прости.

Саймон облокотился о стол, не решаясь заговорить. Минута прошла в неловком молчании, и его взгляд вновь зацепился за портрет Альфы.

– Не понимаю, почему Дэррил инсценировал собственную смерть. Если его семья пыталась меня убить, зачем…

– Мы не пытались тебя убить, Саймон, – произнёс Малкольм из дверного проёма, и Саймон дёрнулся, радуясь, что стоял к Малкольму спиной, и тот не видел его лицо. – Двадцать минут назад мы даже не подозревали о твоём существовании.

– Саймон… – Уинтер смотрела на Малкольма так, будто он превратился в кенгуру.