Тьма в его сердце (СИ)

Я ловко городила одну ложь на другую, и кажется, он верил мне. А ведь меня не назовешь искусной лгуньей. Все близкие прекрасно знали это. Мое лицо разоблачало меня раньше, чем мой рот. Но если взглянуть на это с другой стороны, то я не совсем лгала Блейку, это лишь немного приукрашенная действительность, а в других моментах просто недосказанность.

Я не совсем понимала, зачем он пригласил меня в ресторан. Взаимодействовать друг с другом мы могли только в одной плоскости, и Блейк был бы очень рад этому. Но я не могу допустить подобного развития событий, не позволю ему получить очередную галочку в своем списке.

— Хватит этого спектакля. Зачем мы здесь? — спросила я.

— Пришли поужинать, — ответил он, как ни в чем не бывало.

— Зачем ты пригласил меня на свидание?

— А почему ты решила, что это свидание?

— Забрал меня из отеля, привез в ресторан в небе, — я указала рукой на стол, — тут даже есть свечи.

Он нахально улыбнулся.

— Не хочу, чтобы ты там себе что-то надумывала, просто ужин. Ничего особенного.

— Я обошлась с тобой не лучшим образом. Ты не похож на идиота. Но почему-то после пережитого унижения, инициатором которого была я, ты зовешь меня в ресторан. Если ты не собирался выбросить меня из этого окна, — я указала рукой в сторону окон, — то мой вопрос остается в силе.

Я наблюдала, как на его сжатых губах, медленно разливается усмешка. Блейк отвел взгляд и покачал головой. Однако веселым он не выглядел, как и рассерженным, скорее немного раздраженным и уставшим, словно я была мухой, которая летает над его супом.

— Чтобы унизить человека, нужно, чтобы он сам почувствовал себя униженным. Я себя таковым не чувствую.

— Но…

— Я не закончил, — перебил он меня. — Очень интересно, что ты подразумеваешь под фразой «обошлась не лучшим образом»? Ты имеешь в виду, что подставила меня, обозначив насильником? — спокойно спросил Блейк, не сводя с меня взгляда. Затем улыбнулся издевательской, испытывающей мою совесть улыбкой.

Кончики ушей начало припекать, я пыталась себя убедить, что Джефферсон заслуживал этого, но в споре с этой самой совестью я терпела поражение.

— Мне не стоило этого делать.

— Я ценю то, что ты сожалеешь о своем поступке, — ответил он и поднес стакан с водой ко рту.

Помимо совести у меня еще были чувство собственного достоинства и чувство справедливости. Мужчина передо мной был таким напыщенным, надменным и верил в свою правоту, поэтому что-то внутри меня вспыхнуло мгновенно.

Я сузила глаза, выгнув одну бровь, и откинулась на спинку сиденья.

Он считает себя правым? Человек, который использует женщин для удовлетворения своих низменных желаний?

— Я не говорила, что сожалею, я сказала, что не стоило этого делать.

Он с громким стуком отставил стакан.