Тьма в его сердце (СИ)

Но сегодня я хорошенько повеселюсь с кем-нибудь другим, — усмехнулся я.

Найти вечером девчонку не составит труда, ткну пальцем в любую понравившуюся, и та сама будет рада оказать мне услугу. Почтет за честь, так сказать.

— Мне казалось, что ты переживаешь из-за нее, — вдруг сказал он.

Протестующий возглас вырвался прямо из моего горла.

— Хах! Я абсолютно точно не переживаю, просто меня раздражают люди вроде нее. Гребаная недотрога, которая делает вид, что она одна из католических монашек. Указывает, как мне следует себя вести и постоянно критикует. Появляется, когда ей вздумается и исчезает когда вздумается. И вообще, почему она вдруг решила, что вправе устанавливать свои правила в общении со мной? — вывалил я на друга все, что накопилось за недолгое время общения с Дикаркой.

Эрик на это лишь коротко улыбнулся.

— Ты бесишься, как человек, которому не все равно."

"Я закипал. Как из того, что я высказал ему, он вычленил совершенно другое?

— Мне абсолютно все равно! Ты знаешь, зачем я это затеял.

— Уже не знаю, — покачал головой он.

— Она безразлична мне, — бросил я в свое оправдание.

— Если бы это действительно было так, то был бы спокоен, а ты совершенно точно не спокоен, — подметил Эрик.

Черт!

Он прав лишь в одном. Я весь день был на взводе, но лишь потому, что Джоанна раздражала меня.

— Знаешь, что бы я сделал на твоем месте? — заговорщицки спросил Эрик.

Я не пошевелился, его советы мне ни к чему.

Но Эрику не нужно было мое согласие, чтобы высказать свою гениальную идею.

— Я просто сходил бы в отель и спросил у нее, почему она не отвечает.

— Если я приду туда, ее могут уволить, — как на автомате бросил я.

Брови Эрика сошлись в удивлении на переносице. А затем на его губах заиграла странная улыбка, как если бы он долгое время ломал голову над загадкой, а сейчас наконец нашел решение.

— Ты все-таки беспокоишься о ней, и не отрицай, — махнул рукой он. — За то время, что вы общались, она стала тебе небезразлична.

— Мне плевать на нее, Эрик. Я возьму свое и уйду в закат. Я не тот, кто стелется перед дамочками, мне это не нужно, — бросил я и встал со своего места. — Мне пора.

Я достал из кошелька две купюры и бросил их на стол.

— Через неделю наш традиционный уикенд в Аспене. Ты не забыл? — спросил он, на губах его все еще играла эта дурацкая улыбка, словно он знал больше всех и видел меня насквозь.

Но он и представить себе не мог, что творилось в моей голове. А если бы знал, как меня раздражает Дикарка, не улыбался бы как идиот.

— Конечно, — ответил я.

— А Джоанна летит с нами? — спросил он.

— Нет, — бросил я через плечо и направился на работу.

Джоанна бесила меня своим молчанием и сложным характером. Она легко указывала всем вокруг на их недостатки, тогда как свои даже не замечала.