Тьма в его сердце (СИ)

Я отщипнул кусочек и закинул его себе в рот.

Меня одолевали интерес и любопытство. Хотелось узнать о ней и об ее отношениях с отцом больше. Но я решил обуздать этот порыв. Было видно, что ей тяжело даются подобные откровения.

— Моя мать бросила нас, когда мне было шесть, — зачем-то рассказал я.

Джоанна замерла, ее лицо побледнело, глаза засветились сожалением.

— Я остался один, с отцом, который всего себя отдавал работе и полным домом прислуги, — продолжил я.

— Блейк, — выдохнула она. Джоанна закачала головой, вид у нее был как у нашкодившего щенка.

— Ты чего? — спросил я. — В детстве это было большим ударом, но сейчас мне безразлична Елена и ее судьба.

Я смотрел на нее и никак не мог понять, почему я рассказываю это ей. Раньше у меня никогда не возникало желания делиться с кем-то подробностями своей жизни. Отец мой единственный близкий человек, но даже он не знал, что у меня на душе.

Что такого было в ней, в этой маленькой своенравной брюнетке, что заставляло меня откровенничать, словно мне вкололи сыворотку правды? Почему я считал, или скорее чувствовал, что могу доверять ей?

— Прости за ту неудачную шутку в ресторане, — виновато сказала она.

Я непонимающе взглянул на нее, пока не вспомнил, о чем она говорит.

— Про то, что меня не выносит даже собственная мать?

Она несмело кивнула.

— Забыли, — усмехнулся я.

— Я не думала, что обижу тебя, — сказала она, обхватывая мое предплечье своей рукой и подтягивая меня ближе.

От этих прикосновений мне хотелось заулыбаться, как подросток получивший поцелуй самой красивой девочки школы. Но Джоанна жалела меня, а это все меняло. Я не терпел жалость.

— Ты не обидела меня. Мне все равно, — холодно отмахнулся я.

Джоанна кивнула, но руки моей не отпустила. Двумя пальцами я отщипнул кусок ваты и закинул его в рот.

Вата сразу превратилась в твердый комок сахара, я разгрыз его и проглотил.

— Никогда не ел эту ерунду, и не стоило начинать, — кивком головы указал на лакомство в ее руках. — Оно же в камень превращается.

Она рассмеялась и повернулась всем телом ко мне.

— Просто не нужно брать столько много, — она отщипнула кусочек и потянулась ко мне. — Открой рот и вытяни язык.

Я удивленно уставился на нее, но все же выполнил просьбу."

"Она потянула свои пальцы с зажатой в них ватой к моему рту и положила ее на язык. Лакомство быстро растаяло не оставляя после себя ни единого твердого комочка сахара.

Через секунду я уже притянул ее за шею к себе и поцеловал. Мой язык прорвался сквозь ее губы и соединился с ее языком в нещадной битве. Джоанна легонько прикусила меня за нижнюю губу и засмеялась, отклоняя голову назад.

— И как? — спросила она, прерывисто дыша.

Я заторможено кивнул, пожирая взглядом ее губы.

— Сладко.