Сердце Драокна. Сборник, часть III

Она протянула горсть мальчику и тот тоже начал бросать крошки в канал, наблюдая за тем, как рыбки роились в их тени и забавно хватало ртами падающие крошки.

Они ведь сюда именно поэтому и приплывали. Потому что их здесь подкармливали.

— Почему?"

"Элиол пожал плечами.

— Она грустная какая-то, — ответил он. — и даже кузнечиков никогда не ловила. Наверное это жутко скучная жизнь, когда ты не можешь половить кузнечиков или покидать камни в реку.

Жрицы улыбнулась. Легко и тепло. Почти так же, как улыбалась его матушка, когда смотрела как Элиол ест.

— Ты думаешь со мной она станет веселее? — спросила жрица, отряхивая пальцы от крошек.

— Не знаю, — честно ответил мальчик.

Они замолчали ненадолго. С жрицей Элиолу нравилось не только общаться, но и молчать. Порой ему даже казалось, что молчали они о больше, нежели говорили. Если такое вообще возможно.

— Я видела статуэтку, которую ты слепил, — внезапно произнесла она.

— И как вам?

— Красивая, — кивнула женщина. — но грустная. Словно плачущая.

— Мне так и показалось, — объяснил мальчик. — что Тисэ часто плачет. И грустит. Она ведь совсем одна. Ни друзей, ни мамы. Кстати, а что случилось с женой градоначальника?

— Она умерла, — не сразу ответила жрица. — во сне.

— Во сне… — протянул, мечтательно, Элиол.

Рыбки под его ногами все плескались, требуя еще немного угощения. Но у них уже ничего не осталось.

— Почему я не вижу снов? — спросил он.

Жрица знала, что Элиол не видел сны. Причем единственная из всех. Мальчик не рассказывал этого ни отцу, ни матери, ни друзьям. Не потому, что боялся или что-то такое. Просто как-то к слову не приходилось.

А ей, вот, рассказал.

Тоже — просто так. Потому что как-то к слову пришлось. С жрицей всегда все приходилось «к слову и делу». С ней было легко. И спокойно. Почти как с мамой, когда Элиол, еще будучи маленьким, забирался к ней на колени и, сворачиваясь уютным комочком, засыпал.

— В моем храме, Элиол, рассказывают, что в снах, порой, перемешивается наше прошлое, настоящее и будущее. Вот мы и видим странные картины, которое еще долго не можем разгадать.

— А я думал сны это просто воображение!

— Почти всегда — так и есть, — согласилась жрица. — но иногда это не так.

— Но у меня есть воображение! — возмутился мальчик. — Почему я тогда не вижу снов?

Жрица положила ему ладонь на колено. Холодные, тонкие пальцы едва-едва сжали его ногу.

— А ты попробуй посмотреть чужие.

Если бы женщина не держала Элиола за ногу, тот, наверное, упал бы в канал.

— А это как — посмотреть чужие?

— Когда будешь засыпать, то подумай о человеке, чьи сны ты хочешь навестить, — прошептала ему жрица. — только подумай очень сильно. Так сильно, как только сможешь. Хорошо?

Элиол задумался. Звучало как что-то из маминых сказок, но ведь ему это советовала жрица.