Сердце Дракона. Тринадцатый Том. Часть 2

Зачем он вспомнил его. Зачем он вспомнил Травеса. Зачем…

Синий Клинок вспыхнул обнаженным когтем в руках Хаджара, на теле появились металлические доспехи зова и пасть дракона распахнулась на кольчужном нагруднике.

Хаджар ворвался внутрь избы. Дырявые стены. Пробитая крыша. Куски древесины и щепа валялись всюду, куда падал взгляд. Перевернутая мебель, разбитая утварь, рассеченная на двое кровать.

— Аркемейя! — закричал Хаджар.

Но в ответ лишь тишина.

Ледяная тишина.

Она исходила от столь же ледяного саркофага, стоявшего в центре их маленького, уютного мира. В котором не было места ни войнам, ни сражениям.

Хаджар опустился перед ледяным гробом. Дрожащими руками он смахнул с него снег и сердце замерло. Там, внутри, в ледяном плену, он увидел лицо своей возлюбленной. Матери его не родившегося дитя.

Только полчаса назад, всего полчаса назад он кружил её в своих объятьях.

Нет… нет…нет…

Все это было жесткая шутка. Идиотская уловка.

— Эй… — он постучал по “крышке” изо льда. — хватит… это не смешно…

Но в ответ вновь лишь тишина.

Хаджар прикрыл глаза и прислушался. Он не чувствовал сердцебиения Аркемейи, но… там, в глубине Реки Мира, все еще брезжили два огонька — один лиловый, побольше, а второй совсем маленький, синеватого оттенка.

Они были живы.

Их души не ушли к праотцам.

Лишь пребывали в ледяном плену.

Хаджар поднялся на ноги и занес меч над саркофагом. Кто бы это не сделал, он поп…

— “Что ты будешь делать, Хаджар, когда кто-то придет, чтобы все у тебя забрать?”

Нет, эти мысли он отложит. Решит позже.

Сейчас его волновало только чтобы освободить жену и ребенка.

Хаджар замахнулся клинком. Энергия бурлила вокруг него. Буря, яркая, весенняя буря загремела над деревней. Селяне подняли головы к небу, раздираемому молниями и ветрами.

То, что они видели, было невозможно. Ведь на дворе зима, а не…

— Я бы, на твоем месте, опустил меч, — прозвучал голос из темного угла.

Глава 1198"

"Из темного угла вышел Хельмер. Хаджар достаточно хорошо знал демона, чтобы определить по его небогатой мимике и лишь одному алому глазу, что тот был обеспокоен.

— Присмотрись, Хаджар, — костлявый, увенчанный ногтем-когтем, палец Хельмера указал на ледяной саркофаг. — Присмотрись внимательнее.

Хаджар, тяжело дыша, постепенно, по чуть-чуть, опустил меч. И, как бы это не было больно внутри груди, где лезвиями кинжалом плоть терзало рассеченное сердце, он еще раз посмотрел на ледяную темницу.

Только на этот раз его взгляд не застилала кровавая пелена.

И теперь, вместо ледяного саркофага, он увидел… все тот же саркофаг. Но тот не лежал на земле, а был приподнят над ней почти на метр. Держался же он за счет тончайшего, сравнимого по толщине с шелковой нитью, стебля.