Сердце дракона. Том 9

Несмотря на то, что Орун лишь “держал” мечи в своих руках, это выглядело так, будто он полностью с ними един. Куда на более глубоком и таинственном уровне, нежели даже Хаджар с его Черным Клинком.

Весь мир вокруг Оруна был так же с ним един. И, Хаджар не сомневался, если бы Орун пожелал, то на расстоянии в километр на любую цель обрушился бы его полновесный удар.

Это выглядело так, будто Великий Мечник “владел” всем, что находилось вокруг него. Воздухом, светом, камнями, деревьями – всем. И, в то же время, во всем вокруг чувствовалось присутствие его воли – его сердца.

Только теперь Хаджар смог лишь “поцарапать” поверхность истинного Королевства Меча. Эта ступень мастерства меча не просто объединяла все предыдущие уровни познания, а буквально сплетала их воедино. Делало единым меч, его владельца и мир вокруг него.

– Ха! – на резком выдохе Орун рубанул мечами крест-на-крест. Под неистовый грохот от которого, несмотря на щит из рун и мистерий, из ушей Хаджара потекла кровь, из глубин черного неба сорвались два пересекающихся потока белых молний.

Каждый – толщиной с тело взрослого мужчины. Даже в одном волокне этих молний содержалось силы и энергии достаточно, чтобы уничтожить половину территории школы “Святого Неба”.

Будто два разреза меча, слитых воедино с целым миром и порожденной им техникой, они направились лишь в одну цель – старика, стоявшего по центру лодки.

Если в прошлые два столкновение он лишь немного приподнимал трость, то сейчас сделал совсем невообразимое. Он попросту её отпустил.

Но вместо того чтобы упасть, небольшая, тонкая деревянная палка выпрямилась не хуже гвардейца на военном смотре.

Ректор “Святого Неба”, что-то шепча себе под нос, поднял руки, а затем развел их в разные стороны. Трость завибрировала, грохот грома перекрыл звон последних, увядающих осенних колокольчиков.

Свист безумного ветра наполнился журчанием засыпающего, под первым льдом, ручья. А треск хищных молний – скрипом качающихся на ветру, надевающих золотые и рыжие платья деревьев.

Трость взмыла, закрутилась бешенным волчком, а затем, приняв горизонтальное положение, застыла между ладонями старика.

Только теперь это была уже не трость, а покрытая осенними кленовыми листьями, живая ветвь дерева.

Подул ветер.

Тот самый, что предшествует первому снегу, подул откуда-то с гор.

Хаджар затаил дыхание. Распахнув глаза, с замирающим сердцем, он наблюдал за открывающимся его взору чудом. Лес, раскинувшийся между пиками Горы Ненастий, только что дышал жизнью и зеленым цветом. Но стоило подуть мистичному ветру, как его кроны вдруг стали постепенно засыпать под ласками осени.

Осыпались мириады золотых и рыжеватых листьев. Теплым ковром они укрывали уставшую за весну и лето землю.