Сердце Дракона. Том 7 (СИ)

Кроме этого, он явно называл Духами нечто совсем иное, нежели человеческие практикующие. Только увидев метку Духа Меча, он сразу нарек её рабской “меткой оружия”. Именно “оружия”, а не Духа и чтобы это могло означать – Хаджар понятия не имел.

Удар Черного Ветра, разметав ошметки “техники” (хотя, то, что использовал Орк вообще к техникам никакого отношения не имело), мгновенно проделал в земле трещину.

Пусть не широкую, но глубокую и со столь гладкими краями, что казалось, будто огромный массив земли кто-то ножницами разрезал.

– Неплохо, малорослик, – донеслось с противоположной стороны круга.

Внезапно стена тьмы, обрушившаяся на орка, разлетелась в стороны веером мрака. Те “перья”, что устремились в сторону армии орков, были мгновенно остановлены их вождем.

Ярость Медведя, раскрутив над собой копье, прыгнул на встречу чудовищной технике. Вонзив перед ней свое оружие, он что-то выкрикнул и вокруг него на миг вспыхнул силуэт огромного рогатого медведя.

Черные перья, ударив о когти Хозяина Леса, мгновенно исчезли незаметной дымкой."

"Вторая же половина, доставшаяся форту Болтой, не смогла долететь до цели. На её пути вспыхнули магические щиты. Но даже так – народ содрогнулся, когда крутившиеся над шпилем иероглифы слегка дрогнули.

Чтобы удар, пусть и уровня Неба, но, все же, Небесного Солдата средней ступени, заставил дрогнуть защитные иероглифы?

Неслыханно!

Так что на фоне монструозной атаки еще более грозным выглядел орк. Он стоял на том же месте, где и прежде. На его груди алела тонкая, длинная полоса. Густая, неестественно яркая, красная крови, струйками стекала по могучим мышцам.

Один из топоров в его руках надломился, но лезвие все еще держалось на простом древке.

Хаджар, видя столь несерьезные раны, нанесенные его лучшей техникой по цели, лишенной любой артефактной защиты, находился в полном недоумении.

– Ты удивлен, малорослик? – в рычащем голосе орка зазвучала неприкрытая насмешка. – Я уже говорил тебе – то, как ты используешь силу Духов, оскорбляет твоих предков.

Краснокожий, впервые за весь поединок, принял некое подобие стойки. Он занес левый топор себе за спину, а правый вытянул вперед. Согнув колени, он вдруг выстрелил в небо столпом яростной энергии.

– Кагад’кхасси! – выкрикнул он.

На словах это звучит долго, но контратака орка не заняла и доли секунды. В мгновение ока он взмахнул своими огромными топорами, создавая стремительный рубящий поток энергии. Внутри этого серого марева проглядывались очертания десятка исполинских, двухметровых волков.

Не оставляя следов на песке, они стремглав неслись к цели. И, стоило только Хаджару принять защитную стойку, как они мгновенно разделились.