Сердце Дракона. Том 19. Часть 1 (СИ)

Где-то вдалеке раздался звук какого-то лесного хищника. Хаджар, в очередной раз окинув взглядом фигуру Абрахама, внезапно понял, почему за столько месяцев приключений — они так и не встретили прославленных монстров Чужих Земель. Просто потому, что те монстры, чувствуя присутствие Шенси, старались обходить их стороной.

А когда Хаджар путешествовать без Абрахама, то это длилось не столь продолжительное время, чтобы из его ауры выветрился “запах” старого плута.

— Я здесь родился, — начал свою историю Шенси. — как давно — уже не помню сам. Родился, рос, женился, растил детей, возделывал землю, развивал дух, укреплял тело — самая простая жизнь. А затем… случилась война. Одна из многих. Вот только эта коснулась меня. Коснулась глубоко — забрав все, что мне было дорого. Сперва я захотел отомстить. Потом — найти справедливость. В конце — забрать у тех то, что они забрали у меня. Но в итоге — я понял, что ничего этого нет.

— Чего… этого?

— Всего, — коротко ответил Шенси. — ничего нет. Пустота, генерал. Бессмысленность краткого срока, названного смертными жизнью. И я захотел большего. Большего, чем отведено нам — тем, кто живет на земле под небесами. Я захотел бессмертия.

Земля бессмертных — миф для большинства регионов смертного мира и ожившая мечта для тех, кто повезло родиться в Чужих Землях или хватило сил и упорства, чтобы сюда добраться.

— Мой поиск привел меня в место, которое ты знаешь, как секта Сумеречных Тайн. Я стал их учеником. Затем мастером. А когда пришло время — попытался занять место главы. Эден оказался сильнее, а место старейшины… это пенсия, Хаджар. Я уже был далеко не молод, но на пенсию не спешил. И я отправился дальше. Искать способ, как старику избежать костлявой подруги.

— И теперь этот путь ведет тебя в орден Ворона?

Абрахам не стал ничего отвечать, но его молчание — самое по себе лучший из ответов.

— А как же Гай.

— Гай? — переспросил Шенси так, будто не сразу понял о ком идет речь. — Гай… мой верный друг и соратник. Он — одно из немногих, что оставила мне та война.

Хаджар, как и любой житель смертных регионов, не был сведущ в истории Чужих Земель — места столь отдаленного и сурового, что для простых адептов оно лишь чуть менее мифично, чем земля бессмертных. Но даже его скудных познаний было достаточно, чтобы осознать, что войн в Чужих Земель уже давно не велось.

Мелкие стычки между местными домами за сферы влияния — безусловно. Но вряд ли Шенси назвал бы это так — война. С придыханием. С болью. Морем крови, чужих стонов и плача. Война она везде одна. И боль — тоже. Счастье у каждого человека свое, а вот боль — она у всех одна. С разными оттенками, но одна.

Хаджар хорошо это уяснил.

И Абрахам говорил именно о боле.