Сердце дракона. Том 18. Часть 1

Над головой и вокруг него плыли массивные облака. Кучевые белоснежные горы степенно двигались по яркой лазури, преследуя лишь им ведомые цели. Но одновременно с этим, отражаясь внутри чаши, они плыли и где-то под ногами.

Словно небеса больше не разделяла линия горизонта, а они сомкнулись в единое цело превратившись в замкнутую сферу, где нет таких понятий, как “верх” или “низ”.

Наваждение стало таким сильным и отчетливым, что Хаджару на миг даже показалось, что он начал падать… или взлетать, но затем все пропало и он вновь стоял на зеленом бортике - единственном островке, за который разум мог зацепиться в этом безграничном небесном просторе.

Хаджар провел ладонью по цветущим на границе Чаши желтым ромашкам. Они служили естественной границей чего-то одновременно бесконечного, но при этом замкнутого внутри идеально ровной, плоской поверхности пруда.

Ромашки…

Они будто росли и с одной стороны Чаши и с другой. Одновременно смотрели своими бутонами в настоящее небо и ту иллюзию, что создавала водная гладь. И так же, как Хаджар, стоявший “тут” смотрел на желтые цветы, так же и Хаджар, оставшийся “там”, так же рассматривал их бутоны, похожие на мириады маленьких солнц.

- Что это за место? - спросил, наконец, Хаджар.

На этот раз глефа воительницы не была опущена вниз, а смотрела острием четко в грудь противнику. Время мирных переговоров и красивых фраз осталось там, у подножия гигантского стебля. Теперь их ждала только битва. Но несмотря на это миледи почему-то не спешила нападать.

Она даже не воспользовалась тем мгновением, когда Хаджар оказался дезориентирован магией Чаши. Хотя всего одной этой доли секунды было бы достаточно, чтобы отправить его к праотцам.

И все же - воительница медлила. Её глефа застыла недвижимо и спокойно. Так же, как и отражение по ту сторону глади."

"- У всего, что существует в этом и любом другом мире, генерал, есть то место, где оно было рождено. Откуда идут его корни. Где хранится его прошлое. Память.

Хаджар посмотрел себе под ноги и оттуда на него взглянул… он самый. Почти не постаревший с тех пор, как покинул Лидус и отправился в свое бесконечное путешествие по столь же бесконечному Безымянному Миру. Разве что добавилось шрамов, вокруг век протянулась сеточка морщин, поседели волосы и… чуть потускнели до того яркие голубые, что почти даже синие - глаза.

- Колыбель смертного неба, - произнес он чуть тише, чем, наверное, следовало бы. - В одном далеком краю, в долине Рек и Озер, где жили простые охотники, я слышал песню об этом месте.

Почему-то Хаджар вспомнил, как стоял на берегу водопада и думал о том, как ему вернуться обратно в столицу, а бывалый охотник Робин предлагал ему остаться.

Тогда он точно так же вглядывался в собственное отражение.