Сердце дракона. Том 14

Он поднял руку к небу и дикий рев, зародившись где-то внутри живота, пронесшись по трахеи, набрав силу в легких, ударом грома сорвался с уст. Он слился с грохотом бури и яркая, красно-белая молния сорвалась с небосклона.

Толщиной с вековой дуб, длиной с расстояния, отделявшее земную твердь от облаков, она коснулась пальцев Хаджара, а затем окутала все его тело, спустившись сверкающим плащом с плеч до земли, плавя её и превращая в столб огня, взмывший позади Хаджара.

Шаг Белой Молнии – пятая, из семи, ступеней. Последний уровень этой техники, который был доступен существу, не достигшему уровня Бессмертного.

Хаджар, за все время своих странствий, использовал её впервые. Ибо впервые, после того, как к нему вернулась сила, он сражался в свой полный нынешний потенциал.

Тогда, в битве с Хранителем Темнолесья, большая часть его сил уходила на то, чтобы не дать душе распасться под гнетом ран, оставленных видом жены и неродившегося сына, заточенных в ледяной гроб.

А все битвы, которые были после – были слишком скоротечные и незначительны, чтобы использовать каждый свой козырь.

Но если не сейчас, если не за честь павших героев, то когда?"

"Хаджар сделал шаг в сторону. Один лишь шаг. И поток молний, вырвавшихся из-под его стоп, полыхнул веером, растянувшимся на километры и всего за мгновение, Хаджар переместился, по широкой дуге, за правый бок Красного Рыцаря.

В этот самый момент стена из медвежьих ударов обрушилась на сжавшуюся в комок, кричащую принцессу. Но, как Тенед и сказала, пока удар не достиг уровня силы Бессмертного, артефакт стойко его перенес, а стена из медвежьих выпадов исчезла где-то на границе двадцатого километра.

Хаджар в этот миг уже занес меч таким образом, будто убрал его в ножны. Одновременно с этим, зубами он раскусил влажную оболочку пилюли, восстанавливающей запас энергии.

Он, все же, с умом потратил те средства, которые ему выделил Чин’Аме.

– Драконий Рассвет.

И шторм стих.

Глава 1230

Полный штиль окутал земли Красного Тумана. И в этой абсолютной тишине, где не было слышно ни слов, ни криков, чистое, ясное сияние распространилось лучами восходящего солнца. Но не золотого или багряного, а стального. Его свечение заполнило все, на что только мог упасть взор.

Как если бы вся территория некогда процветающей, а ныне разрушенной страны, оказалась владениями сияния обнаженной стали. Затем ветер внов ворвался в эти владения.

Он потянулся под ногами Красного Рыцаря, маревом туманного маяка стоявшего посреди свечения. Собирая мелкую крошку и пыль, он тянулся к центру бури, которой оказался высокий воин в самом расцвете сил.

Его волосы поднялись вертикально вверх. Позади покоился плащ из белых и алых молний.