Сердце дракона. Том 10

Хаджар и сам, только сейчас, понял, что он лежит вовсе не на кровати, а на очень странном меху – таком плотном, что ему можно было легко спутать с матрасом. Что, собственно, Хаджар и сделал.

– Ты спустился с неба, – Иблим взял палочку и сделал её короткий росчерк. Удивительно – Хаджар не ощутил ровно никакого вмешательства в потоки Реки Мира, он не почувствовал влияния энергии, но, следом за простой костровой палочкой дым, струящийся с её обугленного конца, принял мутную форму падающего человека. – Мы хотим знать – зачем? Чьего ты рода?

Второй, Аблим, Говорящий с Природой, все так же стоял за спиной своего более крупного брата. Скрестив руки на сухой, но мускулистой груди, он смотрел прямо в глаза “чужаку”.

Хаджар пережил за свою жизнь столкновение взглядами с самыми разными сущностями. Начиная от избалованных вельмож, заканчивая существами, которые могли уничтожить, по своему желанию, половину Даанатана.

И ни разу, за все десятилетия своих странствий, Хаджар не отвел взгляда.

Ни разу, до сегодняшнего дня.

Смотреть в черные, будто выжженные глаза Говорящего с Природой, оказалось попросту невозможно. Что-то в нем было такое, что влияло на саму внутреннюю суть. Заставило Хаджар, сокрушив всю волю, все же отвернуть глаза в сторону.

И было в этом нечто такое, что напрягало Хаджара куда больше, чем Хельмер, Враг и Фрея вместе взятые.

Это было нечто, чего он не понимал.

Неизвестность.

– Я из племени Лазурного Облака, – ответил Хаджар.

Иблим и Аблим переглянулись. Хаджар не был уверен, но судя по тому, как блестели их глаза, они явно что-то обсуждали. Обсуждали молча, одними только взглядами.

Девушка, которая так и не представилась, подкидывала хворост в костер. Весело потрескивая, зеленоватые хворостинки исчезали в жгучем пламени.

Кроме их троих и самого Хаджара в шатре больше никого не было, хотя Хаджар точно помнил, что когда приходил в себя в первый раз здесь находилось куда больше народа.

– И что же ты ищешь в Зеленом Доме, племенной Лазурного Облака?

Что такое “племенной” Хаджар не очень понял, а по запрос по Зеленому Дому к нейросети выдал лишь какое-то древнее выражение о том, что “демоны Зеленого Дома невидимы ночью и неслышимы днем, неся смерть на своих желтых когтях”.

Ногти, кстати, у чернокожих людей были совершенно обычными. Да и зубы белее, чем у многих даже не дворян, а аристократов.

Это, в купе с теми лекарствами, которые буквально на глазах заживляли физические и энергетические раны, говорило о том, что их алхимия не чета той, что практикуют в Дарнасе."

"– Могу ли я спросить, достопочтенный Прокладывающий Путь?

Иблим сощурился. Отсветы пламени лизнули его лицо и Хаджар увидел, что вместо бровей у мужчины странного вида татуировки.