Сердце Дракона. Предпоследний том. Часть 2

Стены, пытавшиеся сдержать его, рушились под напором бури, не выдерживая мощи разящего меча.

Во время битвы воздух вокруг сражавшихся превратился в вихрь контрастных энергий — холодная, ярость шторма против обжигающего, неумолимого жара пламени. Поле, уже изрезанное шрамами от их поединка, тлело, подобно золе в засыпающем костре.

Но чем дольше длилась битва, чем больше ударов шторма встречалось с языками пламени, тем отчетливее становилось понятно, что волшебника сдерживает нанесенная ему рана.

Королева Мэб добилась своего…

И, может, именно поэтому, Пепел сделал то, чего не делал уже очень, очень давно.

Он потянулся к той силе, которая претила ему, которую он считал недостойной. Чужой. Заемной. Но, все же, использовал вновь.

Использовал свой Закон:

— Пепел.

Как только это слово слетело с его губ все вокруг переменилось. И земля под ногами, и воздух вокруг, и даже небо над головой — все стало меняться. Словно сама реальность переписывалась, а естественный порядок вещей подчинялся приказу мага. Земля, небо, сам ветер, на котором бушевали буря и пламя, стали оборачиваться пеплом.

Кружась по полю тонкие нити серого пепла вытягивались и сливались, пока не слились в колоссальную спираль, неустанно рассекавший пространство. И эта спираль рванула в сторону Хаджара, попутно притягивая к себе все новые и новые нити пепла, которым оборачивалась израненная реальность.

И Хаджар, стоя посреди власти чужого Закона, вдруг ощутил что-то. Что-то знакомое. Он вспомнил, как опускал руку в холодный горный ручей, и слышал далекие отголоски чужих жизней.

Простой, обычной жизни. Лишенной магии, пути развития и всего того, что сеяло распри среди жителей Безымянного Мира. И Хаджар схватился за это ощущение и, когда спираль пепла уже почти коснулась его груди, он нанес простой удар мечом наотмашь. Лишенный бури, избавленный от эха ледяных молний. В нем, в Синем Клинке, встретившимся с Законом Короля Бессмертных, осталось лишь то мастерство, ради которого проливал пот и кровь простой солдат, заблудившийся посреди все не заканчивающейся войны.

И, по логике Безымянного Мира, Хаджар должен был исчезнуть, обратиться в пепел, истлеть под властью столько сокрушительной силы, но…

Исчезла спираль.

Стихла буря.

Рассеялось небо, посреди которого осталось стоять лишь несколько членов дома Хищного Клинка.

И старик.

С разноцветными, грустными глазами. Он опирался на волшебный посох так, словно это была простая палка и держал ладонь у рассеченной груди из которой толчками била кровь.

— Красивый… — прошептал он ссохшимися губами. — красивый… у тебя… будет закон, Синий Генерал.

Пепел отпустил руку и, опустившись на землю, улегся на спину. Он хрипел и хватал губами воздух.