Сердце Дракона. Пятнадцатый Том. Часть 1

В этот момент, может Хаджару показалось, а может и нет, но гора чуть вздрогнула. Как если бы вздохнула тяжелой грудью, а затем вновь продолжила созерцать вечность в своем безмятежном покое.

— Хорошо, — легко ответил Шенси. Видимо слов Эдина было для него вполне достаточно. — Но, не забывай, старый друг. Он в моем отряде. Так что если что-то…

— Никаких что-то, — покачал головой старый гном. В тусклом свете верхних этажей его волосы теперь уже не казались прозрачными, а таковыми и являлись. — мне просто нужно немного побеседовать с твоим человеком, Абрахам. И ты, молодой Удун, ступай в дом. Этот разговор вы все равно не услышите. Не для обычных ушей он.

Чуйка Хаджара подсказывала ему что… впрочем, и так понятно, что она ему подсказывала.

Шенси перевел взгляд с каменной статуи на старика, затем обратно и коротко кивнул.

— Пойдемте, — уже куда более легким, даже веселым тоном, махнул он рукой в сторону мраморного крыльца. — Надеюсь, Дабладурт не приговорил тот последний ящик его знаменитой грибной настойки.

Алба-удун, получив молчаливое разрешение от Эдина, буквально помчался следом. Видимо и действительно было что-то такое в этой грибной настойке.

Пропустив молодого воина перед собой, Шенси обернулся и еще раз встретился взглядом с Дабладуртом.

— Мы поняли друг друга, — произнес он без тени того плутовства, что прежде и закрыл за собой дверь внутрь дома.

Старик гном вздохнул, покачал головой и встал перед Хаджаром. Несмотря на каменную пелену, тот все еще мог свободно видеть, что происходило перед ним.

Странно, но его мысли как-то вязко молотили между собой вовсе не тему заточения и странной магии, а, почему-то, того, как мило был обставлен сад гнома.

Прием обставлен не цветами, как могло показаться сперва, а кристаллами и камнями в форме этих самых цветом. Причем работа была настолько тонкой, что можно было различить тонкие прожилки на листьях папоротника или капли росы, на спелых плодах фруктовых деревьев.

Разумеется, все это лишь декорировало флору, никак не отображая реальной обстановки.

— Ты все еще в сознании? — удивился Дабладурт. А может и не удивился. Его лицо расплывалось маслянистым пятном. — Достойно уважения, Северный Ветер. Мой наставник, достигший Бессмертия, этой техникой сковывал даже Небесных Королей… насколько же глубоки твои шрамы и сильна твоя воля, если ты все еще можешь слышать и осознавать себя.

Старик что-то говорил. Но его слова, для Хаджара, повисали в воздухе тяжелыми гроздьями. Чем-то почти осязаемым, но уже не достаточно ясным и понятным чтобы ответить. Да и мог ли он ответить вообще?

Веки тяжелели. Они опускались все ниже и ниже.

Сон… такой тяжелый, как камень, давил Хаджара все ниже и ниже.