Сердце Дракона. Девятый Том. Часть 2

В чем, в чем, а в умении жарить мясо, Оруну не было равных. Ни в одном ресторане Даанатана такое не подавали).

— Мои соболезнования.

Внезапно по скалам прокатился жесткий и хлесткий, как удар меча, смех. Орун отпил из горлянки терпкой браги, вытер губы рукавом, а после — о собственные волосы.

Таков, кажется, был обычай его народа.

— Ты её не знал, Хаджар. И не знал меня. К чему эти пустые слова о соболезновании. Оставь подобные расшаркивания придворным псам."

"Какое-то время они молча ели мясо. Каждый раз, когда Хаджар доедал свой кусок, Орун отрывал еще кусок о спины и, не глядя, кидал ему.

— В последний раз, когда мы так сидели, я спросил как её звали.

— Кого?

— Девушку, которую ты потерял.

Хаджар не раз, не два и даже не сто, видел такие же глаза, как у Оруна. Глаза человека, который жил по инерции. Порой цеплялся за что-то, что казалось ему значимым, а затем не понимал, почему это значимо, если разделить успех уже не с кем.

Глаза человека, пережившего свою любовь. Не ту, о которой поют пошлые, избитые песни барды и менестрели, а настоящую. Которая один раз и на всю жизнь.

— С чего ты взял, что я стану тебе свою душу открывать, щенок, — Орун вновь утер губы, затем сжал одну ноздрю и высморкался в костер. Пламя зашипело и лизнуло шкуру кабана.

Великий Мечник выругался и завертел вертел сильнее.

Хаджар откинулся на камни и посмотрел на звезды. Такие далеки и холодные, но столь же прекрасные. Ночное небо — кладбище забытых времен.

— Анис Динос.

— Что?

— Анис Динос, — повторил Хаджар. — так зовут бывшую старшую наследницу клана Хищных Клинков.

— И что с ней? — Орун обгладывал кость. — Она тебе не дала и теперь ты сохнешь? Или наоборот, так хорошо её трахнул, что забыть не можешь?

Хаджар улыбнулся. Если привыкнуть, то грубость Оруна была в чем-то даже приятной. Как редкий холодный душ после тяжелого рабочего дня.

Она возвращала в реальность.

Порой такую же грубую, как сам Великий Мечник.

— Ни первое, ни второе.

Орун на мгновение застыл. Прямо так — с костью между зубов.

— Ты что, по мальчикам что ли?

— Нет.

— Тогда как это — ни первое, ни второе. Слушай, если что, у меня есть и пилюля Нового Ручья.

Хаджар едва было не поперхнулся мясом. Если сравнить пилюли Лиственного Покоя и Нового Ручья, то за последнюю придется отдать десяток первых.

Просто потому, что пилюлю Нового Ручья не мог воссоздать ни один алхимик Семи Империй. Власть имущие понимали, что их можно выкупить разве что в Стране Драконов, а простым горожанам пели басни о находках в древних гробницах.

Ну да — в древних гробницах, когда люди не то что алхимии столь высокого ранга, а банального пороха не знали.

Ни обычного, ни магического.

Ну и ходили слухи, что пилюля Нового Ручья была способна отрастить потерянные конечности адептам, даже Безымянного ранга.