Сердце Дракона. Четырнадцатый Том. Часть 2

Воронки, изнутри которой потянулся поток синего ветра, тот шелест, трав, что он поднял следом за собой; тот шум в ушах, который он породил, были похожи на тонкую, неуловимую мелодию. Мелодию летящих перьев знакомой птицы Кецаль.

Ледяной поток хищных рыб встретился в лобовом столкновении с летящими перьями на мелодичном ветру.

Мелкие снежинки припорошили качающиеся травы.

Хаджар выпрямился и, единым движением, вернул клинок в ножны.

— Ничья, достопочтенная Таш’Маган, — с удовлетворением чуть поклонился Хаджар.

Кап…

Кап-кап…

— Пока еще нет, мой юный друг, — Таш с улыбкой убрала огромный клинок за спину. Стоило только лезвию коснуться небольшой пластины на её пояснице, как в небо взметнулись кожаные ленты и самостоятельно оплели ледяной меч, оставив виднеться лишь длинную рукоять.

С определенного уровня развития адепты редко когда убирали оружие в пространственные артефакты.

Существовало слишком много способов, как можно было заблокировать эти волшебные хранилища…

Хаджар, провел ладонью по своей щеке.

Влажно…

Густые капли крови остались на сероватых, покрытых мозолями, подушечках пальцев.

Он вздохнул и поклонился еще раз. Чуть ниже, так что его вязаный синий шарф коснулся земли.

— Ты снова победила, Таш.

А нейросеть мгновенно подсказала насколько “относительным” было это слово — “снова”.

[Запись сражения с объектом “Таш’Маган” завершена. Общий счет результативности носителя: Поражений: 83. Ничьи: 2. Побед:-1]

Хаджар спокойно и философски взглянул на последнее, отрицательное число. В тот раз, когда они сходились еще в первом десятке спаррингов, Таш, в прямом смысле, обвела его вокруг…нет, не пальца, а своего меча. Запутала в собственных движениях таким образом, что Хаджар едва сам себе ногу не отрубил собственным же клинком.

Неприятный трюк, который сам Хаджар проделывал неоднократно в тех войнах, в которых участвовал. Вот только использовать его получалось лишь против самых неопытных бойцов.

И в тот момент это наглядно продемонстрировало разницу в боевом опыте между тысячи лет прожившей на полях сражений Таш’Маган, держащей в страхе весь Рубиновый Дворец, и Хаджаром Дарханом.

— Мои поздравления, мой новый друг, — из-за спины прозвучал легкий и радостный голос, слегка “приправленный” полевой травой. Опять же — в прямом смысле."

"Син’Маган, старший брат Таш и, по совместительству начальник охраны всего посольства Рубина и Дракона, поднимался на холм в компании своего огромного тигра и травинки, которую жевал.

Из всех драконов участвовавших в походе, единственным, кого Хаджар мог бы назвать своим новым хорошим знакомым или даже приятелем, действительно был Син.

Таш же оставалась кем-то сродни старшего товарища, у которого есть чему научиться и что перенять.