Сердце Дракона. Десятый Том. Часть 2

А сам Гэлхад, сверкая диким оскалом и исторгая из глотки воинственный клич, бросился в безрассудную атаку на строй из тысячи воинов племени Тулеп’Харус.

В него, из-за “рыбьих” щитов, полетели заклинания, сформированные из самых разных стихий. Гэлхад, рыча, голыми руками отбивался от ледяных копий и стрел. Он ногами топтал земляные копии всевозможных животных. Уворачивался от огненных клыков и игнорировал, когда водяные крылья и когти оставляли на его теле глубокие борозды.

А затем, на полном ходу и всей своей массой, буквально источая безудержную, невероятную по объему энергию, ворвался в строй щитов Тулеп’Харус."

"Будто щепки он разбросал из в разные стороны. Крики людей, чьи тела сухим тростником ломались под натиском гиганта, вопли людей, когда чужая стопа превращала их череп в лепешку. Когда щит соседа оказывался не надежным прикрытием, а жутким орудием пытки, пробивающим ребра, ломающим шеи и черепа.

Гэлхад закружил свою секиру. Эхо от его яростных ударов разлеталось вокруг. Оно собирало богатую жатву. Вихрь из крови, боли и обрывков стихийных заклинаний — вот кем предстал великан, некогда принадлежавший крови Вечной Горы.

Все это Хаджар увидел за доли мгновения, а затем врубился в собственный поединок. Зная, кто из племени может представлять наибольшую угрозу, он выбрал себе в противники чернокожего, у которого была не одна или две кости, как у большинства, а сразу четыре.

Хаджар не ошибся, когда предположил, что кости у Тулеп’Харус, сродни шрамам у Шук’Арка. Воин держал в руках палку, выточенную из крепчайшего дерева в джунглях.

С одной стороны она заканчивалась увесистым шаром, которым можно было с легкостью сминать артефактные пластины брони, а с другой — обожженным и заостренным копьем, пронзающим даже плоть, достигшую крепости Неба.

И если бы палка обладала собственным энергетическим строением, её легко можно было бы сравнить с Божественным артефактом.

— Что вам нужно от Анетт? — Хаджар, понимая, что вокруг кипит битва и что его союзники в восьмером сражаются против нескольких тысяч, не спешил давать волю Черному Клинку.

Сам же Talesh из племени Тулеп’Харус был явно шокирован тем, что Хаджар умел говорить на языке Зеленого Дома.

— Её нечестивая кровь стала причиной гибели сына нашего Говорящего, — прошипел желтозубый воин. Еще одно отличие этого племени от того, что приютило Хаджара. — Мы отомстили племени, которое не избавило свою кровь от примеси Туганс. Теперь осталось дело за племянницей их Прокладывающего Путь и Говорящего с Природой.

— Племянницей? — переспросил Хаджар, но было уже поздно.

Оружие чернокожего заискрилось белыми молниями. Одна из форм Магии Слов, так что времени размышлять о том, почему Анетт назвали племянницей обоих братьев уже не оставалось.