Сердце бьется

И это очень сильно выбило его из колеи, причинив боль.

Дорога в больницу прошла в тягостном молчании.

– Ну, готовы? – выглянула из кабинета Полина. – Ждем лишь вас.

Алиса обернулась к мужу. Дождалась его решительного кивка и только потом вошла в кабинет, где уже и без них собралась приличная такая толпа из ведущих её врачей.

Несмотря на то, что Алисе уже давно следовало привыкнуть ко всем этим осмотрам, в этот раз она очень волновалась, укладываясь на кушетку. Это было последнее УЗИ перед операцией, и, поскольку от его результатов зависел весь их дальнейший план, иначе и быть не могло. Алиса зажмурилась, стиснула сильней руку мужа, умоляя небо, чтобы с ее малышом все было хорошо. Её волновало исключительно здоровье ребенка. О том, что на этом УЗИ уже можно узнать его пол, Алиса даже не вспомнила. Поэтому когда врач сказал, что у них будет здоровенькая девочка – для нее это стало полнейшей неожиданностью. Но еще большей неожиданностью эта новость стала для Руслана.

– Как девочка? – прохрипел он, протер глаза и снова уставился на монитор, будто и впрямь мог что-то там разглядеть.

– А вот так, сынок, – улыбнулась свекровь Алисы, поглаживая своего маленького большого мальчика по волосам.

С тем, что у нее будет дочка – Алиса свыклась быстро. А вот Руслан привыкал к этому известию все оставшиеся до операции дни.

– Не понимаю, что тебя так смутило, – в конце концов, не выдержала Алиса. – Девочка, мальчик – какая разница?

– Большая. Я ничего не знаю о девочках!

– Уверена, что ты справишься. Это будет забавно.

– Что именно?

– Наблюдать за тобой и дочкой. – Алиса зажмурилась, позволяя себе заглянуть туда, куда боялась заглядывать раньше. – Представляю, какое это будет ми-ми-ми.

– Тебе еще надоест эта однообразная картинка, – уверенно кивнул Руслан. И впервые… действительно впервые за все это время коснулся ее живота губами. И может быть, он еще не любил их малышку так сильно, как Алисе того бы хотелось, но его чувства менялись. После абсолютного неприятия её беременности изменения в нем были налицо.

– Ни за что. Даже не надейся, – прошептала она, нежно гладя мужа по волосам.

А потом была операция. Долгая и тяжелая. После которой все должно было либо наладиться, либо… Об этом втором варианте Руслан старался не думать. Он сидел, тупо уставившись на дверь с табличкой «реанимация», и даже не моргал. Час, второй, третий…

– Сынок, пойдем, выпьем кофе…

– Идите. Я не хочу.

– Поль, оставь его. Ему… так надо, – донесся, как сквозь вату голос отца."

"Четвертый час, пятый… Из палаты выскользнула медсестра и тихим голосом сообщила о каких-то осложнениях, которые уже благополучно устранены.

Руслан кивнул. Пошатываясь, отошел к окну.