Сердце бьется

– Я просто не хочу тебя лишний раз волновать.

– Спасибо. Это действительно важно. Ты же знаешь.

– Я знаю. И если мне станет нехорошо, или если что-то пойдет не так – я обязательно тебе скажу."

"– Даже если это прервет наш отпуск? – Руслан зарылся пальцами в ее шикарную гриву и запрокинул голову, чтобы видеть ее глаза.

– Угу… В конце концов, я не меньше тебя заинтересована, чтобы таких отпусков у нас было много!

Руслан кивнул. Сгреб ее в объятья и замер так, не дыша, на очень и очень долгое время.

Глава 17

– А ты правда не пойдешь на охоту? – спросила Алиса, открывая один глаз и опуская вниз сложенные лодочкой руки. Руслан усмехнулся. Он уже и мечтать перестал о том, что ему удастся помедитировать. Вырвавшись на свободу, Алиса будто в детство вернулась. Вопросы сыпались из неё один за другим, как у только-только научившегося болтать трехлетки. Она и пяти минут не могла посидеть в молчании.

– Ну, тебе же не понравилась эта мысль?

– Нет, – затрясла собранными в хвост волосами и выпрямила ноги, до этого сложенные в позу лотоса.

– Значит, не пойду.

Руслан, напротив, обхватил щиколотки ладонями и снова прикрыл глаза, вслушиваясь в журчание реки. Они отдыхали в горах уже вторую неделю, и, наверное, за всю его жизнь не было времени счастливей. Алиса была права, когда выторговала эту передышку. Может быть, она была нужна не только и не столько ей. Рус и сам кайфовал, бродя с женой по горным склонам, напитываясь умиротворением и любовью, которую теперь видел во всем. В каждом дуновении ветра, в торопливом скольжении облаков по будто нанизанному на горные вершины голубому полотну неба, в дожде, то и дело их полоскавшему, в раскатистых звуках грома и утренней хвойной свежести.

– Руслан…

– М-м-м?

– Мне звонила мама.

Руслан открыл один глаз:

– И ты мне ничего не сказала.

– Ты мне тоже не сказал, что подал в отставку. Это… это из-за меня, да?

Так, похоже, дело вряд ли дойдет до сложных асан… Руслан распрямился, подтянулся поближе к жене и, глядя в глаза, покачал головой:

– Нет. Мне давно это следовало сделать.

Наверное, так. Впрочем, если бы генерал Вебер не вставляла ему палки в колеса, он бы, может, еще поработал на благо родины. Год… или два. Прежде чем с головой уйти в собственное дело, заменив отца, которому в его возрасте и впрямь следовало отдыхать чуть больше. Однако Рус не собирался рассказывать об этом жене. В смысле, о роли ее матери во всем произошедшем. Глобально – это ничего не меняло. И если бы он действительно держался за эту службу – она бы зубы об него обломала. Факт. Но факт также и в том, что он не держался. Совсем. И когда Руслану не подписали рапорт на отпуск, он написал рапорт на увольнение. Вот и все. Так было лучше. Теперь он сам был себе хозяином.