Сердце бьется

Я прощаюсь с тобой…»– Серьезно? ДДТ в плейлисте у девушки… кстати, напомни мне, сколько тебе? – старательно скрывая, царапающую изнутри тревогу, спросил Рус.

– Девятнадцать. Двадцать скоро, – улыбнулась Алиса, покачиваясь в такт словам «Это все, что останется после меня»… – А тебе?

– Тридцать шесть.

– Правда? Я думала больше.

– Я так плохо выгляжу? – вздернув бровь, поинтересовался Белый.

– Нет! – захохотала Алиса, – просто, слушая всякие байки о тебе, я думала, ты уже такой… старичок с благородными сединами.

– Это кто ж тебе эти байки рассказывал? Лизка?

– Ага! Ой, мне уже, наверное, и правда пора!

Алиса вскочила и, чуть пошатнувшись, ухватилась за край стола. Белый тут же взлетел со своего места. Поддерживая.

– Что-то не так? Тебе плохо?

– Да просто встала резко. Вот и закружилась голова, – отмахнулась Алиса. Руслан просканировал ее лицо тревожным взглядом. Выглядела она хорошо. Может, и правда ничего страшного. Но лучше быть ко всему готовым…

– Ладно. Одевайся. Я тебя отвезу.

– Спасибо.

Расставаться не хотелось категорически. Удивительно, как быстро он привык к ее присутствию в доме. Но с этим Руслан решил разобраться позже. В смысле, с тем, чтобы не расставаться. А пока ему нужно было поговорить с мамой. Та – врач. И наверняка подскажет ему что-то толковое.

– Ну, я пойду??

– Я провожу…"

"– До подъезда? Ты, должно быть, шутишь!

Руслан открыл рот, чтобы возразить. Но возмущенный, наполненный горечью взгляд Алисы заставил его заткнуться.

– Ладно. Просто позвони мне, когда поднимешься.

Он видел, что она тоже хотел ему возразить. И тоже уступила в последний момент. Кивнула. Улыбнулась слабо и вышла из машины.

Глава 8

Родители так и жили в доме, где прошло их с братом детство. С тех пор здесь мало что изменилось. Только деревья вымахали, да кусты сирени зачем-то выкорчевали, заменив их другими, низкими, образующими непроницаемую живую изгородь вдоль дорожек.

Открыл отец. Удивленно вскинул черные даже теперь брови.

– Ну, ничего себе! Какие люди! Генерал Белый, батюшки…

– Еще не генерал, па.

– Много ты знаешь. Мне с утра звонят, поздравляют. Давай, заходи. Полинка, смотри, кто к нам явился!

Из кухни выглянула мама. В голубых драных на коленке джинсах и белом закатанном на локтях джемпере с рассыпанными по плечами длинными светлыми волосами, вот так, в рассеянном свете прихожей, ее запросто можно было спутать с двадцатилетней.

– А ты все хорошеешь, – улыбнулся Руслан, распахивая объятья.

– Правда? Я вот думала постричься, как делают все нормальные женщины моего возраста, – взгляд матери метнулся к нахмурившемуся отцу, – но кое-кто не разрешил. Такой скандал закатил по этому поводу, представляешь?!

Вообще-то нет. Даже если бы захотел, Руслан не смог бы представить ругающихся родителей.