Двойное сердце агента

Высокие окна, словно пустые глазницы, зияли черной пустотой, и лишь пара витиеватых фонарей у центрального подъезда высвечивала из темноты стоявшие по бокам полуобнаженные исполинские каменные фигуры шахтера с отбойным молотком и доярки с ведром.

Неожиданно в одном из окон по занавеске скользнул луч фонарика.

* * *Посредине просторной комнаты, богато обставленной антикварной мебелью, стоял человек в сером плаще и клетчатой кепке и, шаря фонариком по углам, осматривался. На руках у него были надеты тонкие черные перчатки, нижнюю часть лица скрывало натянутое до носа кашне.

Бесшумно ступая по персидскому ковру, человек подошел к шкафу и, открывая дверцу за дверцей, внимательно изучил его содержимое. Золотые наручные часы и пара колечек, которые он обнаружил в одной из шкатулок, человек не взял – аккуратно положил на место.

Потом он не менее внимательно исследовал ящики массивного письменного стола в кабинете, перебрался в спальню и осмотрел тумбочки возле кровати, увенчанной полупрозрачным балдахином. Не найдя то, что его интересовало, человек в кепке проследовал на кухню, которая своими размерами не уступала остальным комнатам.

Покопавшись среди многочисленных китайских сервизов, богемского хрусталя и столового серебра, человек в кепке открыл небольшой резной шкафчик в углу и удовлетворенно хмыкнул – это была аптечка. Среди прочих флакончиков его заинтересовал только пузырек с сердечными каплями…

* * *Через пару минут человек в кепке вышел из подъезда, откашлялся и направился в сторону улицы. Едва его фигура растворилась в темноте, как во двор сталинского дома въехал грузовик.

Из кузова выпрыгнули Кузя, Потный и Олейников.

– Квикли, дундель! – поторопил Кузя антиквара, который дрожащими руками держался за край кузова, пытаясь перебросить ногу через борт, и потянул его за шиворот.

Антиквар мешком рухнул на асфальт.

– Тихо вы! – цыкнул подошедший Шатун и приказал распластавшемуся на земле антиквару: – Веди, показывай!

Антиквар, кряхтя и держась рукой за сердце, поднялся и повел бандитов к подъезду.

* * *В квартире, где несколько минут назад хозяйничал человек в кепке, вспыхнул свет. Как только бандиты вместе с Олейниковым, ведомые антикваром, вошли в комнату, неожиданно прозвучал громкий окрик:

– Лицом к стене! Всех постреляю!

Бандиты в страхе замерли.

– Это Арон… попугай… Арон, Арон, Ароша… – забормотал антиквар и, подойдя к окну, отдернул занавеску.

На подоконнике в большой клетке с позолоченными прутьями, стоявшей на мраморном постаменте, переминался на жердочке серый жако.

– Дурак! Дурак! Дурак! – закричал попугай. – Всех постреляю! Лицом к стене!

– Твою мать, – сплюнул Шатун.