Хозяин моего сердца

Он — ваша защита и гарантия того, что ни с тобой, ни с Денни ничего не случится в мое отсутствие. А если в город выйти не решишься, то вполне можешь прогуляться по саду. Он, на сколько я успел заметить, у Невелуса замечательный.

— Хорошо, — кивнула девушка.

Саорг прошел мимо, направляясь к выходу из покоев. На Седне мужчина, проведший с женщиной ночь, обычно вел себя несколько иначе. По крайней мере, Диана рассчитывала на несколько нежных слов или хотя бы мимолетный поцелуй, но ничего этого не произошло. Правда в дверях Тайрон обернулся.

— И не сидите голодными. Завтрак вам принесу, обед закажите сами.

Вот и все. Дверь захлопнулась, оставив Диану одну, наедине со своими мыслями. Рассмотрев содержимое ближайшего сундука, она выбрала скромное, неброское платье и удобные сандалии. Из соседней комнаты, потирая глаза, появился сонный Денни.

— А где Тайрон? — спросил он.

— Ушел.

— А мы что будем делать?

— Умоемся, позавтракаем и будем обживаться на новом месте, — улыбнулась сестра, ласково взъерошив светлую макушку.

Когда они умытые, рассматривали новую одежду Денни, в дверь постучали. Вошла служанка, которую Диана уже видела накануне. Только сейчас она смогла рассмотреть бирку, прикрепленную к кожаному ошейнику девушки. «Собственность Невелуса Великолепного» — гласила надпись на ней. Рабыня была ликерийкой. Странная нация. На Седне до колонизации рабство не приветствовалось. Все жили свободно и работали, выбирая дело себе по душе. Как можно ограничивать свободу своих же граждан? Этого Диана никак не могла понять.

— Господин, — пропела ликерийка, призывно вильнув бедрами, — я принесла ваш завтрак. Прикажите подавать?

— Ди, — громко прошептал Денни, — по-моему, она пытается клеиться к нашему Тайрону!

Рабыня вздрогнула, услышав реплику мальчика. Диана укоризненно покачала головой.

— Саорга нет, — тихо сказала она. — А завтрак можете накрывать.

Возражать девушка не стала, но скептически смерила Диану с ног до головы, остановив взгляд на металлическом ошейнике. И вот тогда ликерийка вздернула голову и брезгливо скривилась, всем видом показывая, что перед ней низшее существо. За все время пребывания на Ликерии Ди уже привыкла к подобным взглядам, и они ее не трогали. Каждый волен думать так, как ему хочется. Это поступками людей можно управлять, даже жизнями, а вот мыслями и чувствами — никогда.

Молчаливые слуги накрыли стол, под бдительным присмотром ликерийки. Вновь еды было гораздо больше, чем Диана и Денни смогли бы съесть. Приборов поставили три, что тоже не укрылось от взгляда рабыни.

— Ваш хозяин ждет гостей? — осмелилась спросить она.

— Нет, — улыбнулась Диана. Девушку веселила напускная важность императорской рабыни. — Это завтрак для нас с братом.