Хозяин моего сердца

— И Денни пусть верит тоже. Мечты сбываются. Поняла? — уже нормальным голосом, чуть отстранившись, сказал Тайрон.

— Поняла, — кивнула девушка. — А как же?..

Диана бросила красноречивый взгляд на кровать. Саорг улыбнулся, еще раз погладил ее по щеке и отошел.

— Иди спать! — произнес он.

— А ты? — вырвалось у девушки.

— И я буду спать, только приму душ. День, знаешь ли, был сложным.

Спать… Он будет спать с ней… Диана глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Выходило плохо. Коленки задрожали. Если бы она попробовала сейчас сделать хоть шаг, то обязательно упала бы.

— Ди? — обеспокоенно позвал ее Тайрон. — Ты побледнела! Как ты себя чувствуешь?

— Х-хорошо, — выдохнула девушка. — Спать… Я сейчас… Да…

— Ты чего там себе напридумывала? — нахмурился Тайрон. — Кровать большая, и мы просто будем спать!

— П-просто спать? — переспросила Диана.

— Просто спать. Вместе, но просто спать. По крайней мере, пока ты не захочешь большего.

— Тайрон… Я… — дышать стало легче, но слова никак не хотели складываться в нужные фразы.

— Спать! Немедленно! — рыкнул саорг, и девушка побежала к кровати.

Тайрон смотрел, как она запрыгнула и по самый подбородок натянула одеяло. Как же трудно, и с каждой минутой становится все сложнее с собой бороться. Похоже, его воля не такая уж железная. Глядя на нежную, дрожащую Диану, он почти пожалел о своем решении. И все же принуждать ее не станет. Она сама придет к нему, придет, потому что будет нуждаться в нем, доверять и любить.

***"

"Невелус раздраженно откинул ксоник. Он прокатился по мраморному полу, с глухим стуком ударился об изящный секретер и замер. Император тоже застыл, гневно раздувая ноздри. Да, как он смеет так с ним разговаривать? Что он себе позволяет? Несомненно, Ликерии необходим союз с соргами, но… Приходилось терпеть фамильярность, которая присуща всем саоргам, а Тайрону особенно.

Именно с его приездом в душе ликерийца поселилось беспокойство, а потом и страх. Слишком цепкий взгляд, слишком неожиданные поступки и везение — вот, что было присуще этому саоргу. Он оказывался в самых неожиданных местах и успевал подметить то, на что другие до него просто не обращали внимания. От бессилия Невелус заскрипел зубами.

— Муж мой, ты опечален? — рука, на каждом пальце которой сияли великолепные перстни, легла на его плечо. Аромат самых дорогих, поставляемых на Ликерию, масел щекотал ноздри.

— Намина, ты не вовремя! — император раздраженно сбросил ладонь супруги.

— Но что случилось? — хитрые зеленые глаза блеснули в приглушенном свете императорского кабинета. — Посмотри на меня, дорогой!

Невелус обернулся.