Городской детектив. Штопая сердца

Там на месте связи почти нет. Тут ещё Журавлёв в отключке. Я не знаю, что с ним. Я везу его к медикам.

— Рома, Казаков сейчас не может приехать. Глаша пропала прямо из квартиры. Есть следы борьбы.

— Да что же это происходит? Чёрт, — в этот момент Латунин стал нажимать на тормоз, но понял, что нога просто проваливается в пол, а машина продолжает нестись на огромной скорости.

Люди на заправке с удивлением смотрели, как красивая иномарка, проскочила т-образный перекрёсток, пробила отбойник, взмыла вверх на краю небольшого обрыва и исчезла из вида.

Глава 8

В многоквартирном доме обычная тишина буднего дня сегодня волновалась хлопаньем дверей, быстрыми шагами людей в форме и чьим-то тихим плачем, доносившимся из раскрытой двери квартиры Казакова. Лисицына мерила шагами расстояние от стенки до стенки, пока участковый бегал в поисках старшей по дому, а Казаков ползал по полу в коридоре и собирал возможные улики.

— Анна Михайловна, почему камеры не смотрите? — донёсся из ванной комнаты голос Юрия Арсеньевича.

— Серверная, куда сливается вся информация, закрыта. Участковый ищет мадам с ключами, — прошипела Лисицына, поглядывая на безвольно сидевшую на стуле мать Глаши. — Вы, пожалуйста, так не переживайте.

— Это работа убьёт мою девочку, — потухшим голосом сказала женщина.

— Пожалуйста, давайте надеться на лучшее, — ляпнула Лисицына и сразу же пожалела о своих словах.

К счастью, дверь распахнулась, и на пороге появилась тётя Рая, вызванная Казаковым, чтобы удалить мать Глаши с места происшествия, потому что ни на какие уговоры она не поддавалась, а просто сидела и раскачивалась на стуле.

— Да что ж у вас здесь творится? — с порога закудахтала тётя Рая, — Люда, ну что ты сидишь? Надо идти на вашу квартиру, может быть, она там появится. Не сиди, не сиди, идём скорее. Может, всё не так страшно, как кажется.

— Раечка, зачем идти?

— Не спорь, — хлёстко сказала Раиса. — Люда, приди в себя, ты здесь мешаешь, и люди боятся тебя расстроить, поэтому все бегают вокруг стула, на котором ты сидишь. Ты сама усложняешь поиски.

— Стойте, — вдруг сказала Лисицына, — я сама мать и понимаю, как вам тяжело. Но могу ли я сейчас просить о помощи?

— Что вы хотите? — мать Глафиры подняла на неё заплаканные глаза.

— В больнице лежит девочка, Аня Нефёдова.

— Да, мне Глаша рассказывала, — упавшим голосом проговорила Людмила.

— Я могу сейчас позвонить и попросить, чтобы вас пропустили. Может быть, вы могли бы вдвоём навестить ребёнка? Ей сейчас очень непросто.

— Хороший ход, Анна Михайловна, — отозвалась Людмила, — поменять одного ребёнка на другого, более маленького и беззащитного, — она помолчала и добавила: — Но он сработал, это и правда то единственное, что я сейчас могу сделать.