Серая мышка для босса (СИ)

Когда я успеваю запустить руки в его волосы? Неужели это я выгибаюсь навстречу?

Поцелуй все не прекращается, руки Раевского, не встречая отпора, то ласкают грудь, то гладят внутреннюю сторону бедра, едва задевая ребром ладони белье. Я даже не понимаю, в какой момент его палец оказался у меня в трусиках.

О! Это позорная капитуляция. Там так мокро, что очевидно — я готова принять его прямо сейчас."

"Но подразнив меня, Раевский убирает руку, возвращаясь к моей ноющей груди.

Он вжимается бедрами в мою промежность, я чувствую сквозь грубую ткань брюк твердость того, чего мне сейчас не хватает внутри. Раевский целует меня в шею, и у меня срывает стоп-кран. Слепо тянусь к его ремню.

И в момент, когда я нащупываю пряжку, раздается оглушительный рингтон его мобильника.

Мы замираем.

Раевский дышит мне в ухо. Я пытаюсь прийти в себя, но от каждого его вздоха пульсация между ног только усиливается.

Телефон уже молчит, когда я догадываюсь разорвать объятья. Теперь не знаю, куда деть руки.

Раевский отодвигается от меня и, глядя мне в глаза, медленно… о, господи… очень медленно вынимает из меня свои длинные пальцы…

Вот что раззадоривало меня. А я даже не поняла, когда это начало происходить.

То, что он покидает мою влажную глубину не в пылу страсти, а сейчас, когда грянуло отрезвление, это так порочно.

Раевский спускает меня со стола, но придерживает, рассматривая и не давая сбежать. Словно принимает решение.

— Елизавета Валерьевна, приведите себя в порядок, — голос холодный, словно это не он сейчас терял контроль вместе со мной. — Технический совет начнется через десять минут. Вести протокол вы будете из приемной по видеосвязи. Чтобы в зале совещаний я вас не видел.

Пытаясь запахнуть расстегнутую блузу обратно и стараясь сохранить остатки достоинства, я иду к двери. До меня долетает немного хриплое:

— Сегодня вам совершенно точно придется задержаться. Дождитесь, пока я вас вызову. У меня есть для вас деловое предложение.

Глава 11. Непристойное предложение

Весь день Раевский проводит в зале совещаний.

Затянувшийся технический совет заканчивается только к обеду. Князь даже ни разу не просит подать кофе. Мне на телефон приходит распоряжение заказать кейтеринг в соседнюю переговорную. Похоже, так мне дают понять, что видеть меня не желают.

Можно подумать, что это я на него набросилась. Тоже мне, белая ромашка!

Мои мысли все время возвращаются к произошедшему в кабинете. Я в таком состоянии, что протокол техсовета вести просто не могу. Врубаю диктофон. Потом, когда успокоюсь, переведу в текст и разошлю. Боюсь, сейчас я напечатаю черт-те что.

Сосредоточиться невозможно. И дело не только в сексуальном возбуждении, которое отступает почему-то медленно и болезненно.

Я чувствую себя грязной.