Семья (не) на один год

А господину Фурнье мы сообщим, что не смогли приехать."

"От такого поворота у меня пропал дар речи. Я понимала, почему при появлении бывшего мужа из салона исчезли все свидетели. Никита всегда умел управлять другими. Но то, что его присутствие заставит пойти на попятную бойкую журналистку... это и радовало, и пугало одновременно.

Можно было сколько угодно прятать голову в песок и не замечать очевидного, но... Никита сильно изменился.

Теперь это стало заметнее, чем в нашу первую встречу в ресторане и во вторую, после презентации.

«Он стал опаснее!» — так и кричал взгляд журналистки, брошенный в сторону отъезжающей машины.

О причинах и думать было страшно. Я все еще не могла представить Никиту за решеткой, среди воров, убийц и насильников. А еще не могла представить Филиппа, который обманывает докторов, больных детишек и меня.

Не мог он так поступать!

Кто угодно, только не он!

«Не верю! Ни за что не поверю!» — мысленно говорила я себе много раз. А потом вспоминала злой взгляд Никиты, его плотно сжатые губы и терялась.

Мозг штормило точно так же, как и тело. Нервы шалили, как в далекие времена моей короткой беременности.

Все планы, которые составила себе на день, сыпались будто карточный домик.

Будь я в Гамбурге, успокоиться получилось бы просто. Несколько смен с короткими перерывами на отдых поставили бы голову на место.

Но ни в Москве, ни в Питере такой работы не было. Здесь занять мое время могли лишь фонд и свадьба.

В первом моя роль была слишком маленькой. Второе временно встало на паузу.

С Филиппом я даже встречаться боялась. Несмотря на обвинения Никиты, стыд за свою слабость никуда не делся. Казалось, Филипп по глазам прочтет, что я целовалась с другим и разрешала себя трогать.

После года ухаживаний, красивых свиданий и героического терпения такое поведение было настоящим предательством.

Не уверена, что на месте Филиппа сама смогла бы простить подобное. Никита все же ни к чему меня не принуждал. Мы хотели друг друга одинаково. И сходили с ума на равных.

Ни одного смягчающего обстоятельства.

Но смелости вернуться в отель и сознаться тоже не было.

«Неделя! Нужно продержаться неделю!» — успокаивала я себя в такси.

«Это очень короткий срок!» — как мантру повторяла, когда прямо в машине заказывала билеты в Питер.

Ума не приложу, как Филипп поверил моей лжи про срочные дела и просьбу Наташи помочь с детьми.

Я врала не задумываясь. Несла полную чушь про то, что очень спешу и даже не успеваю собрать в отеле свои вещи.

Наверное, если бы Филипп задал хоть один уточняющий вопрос, я сдала бы себя с потрохами.

Но удача оказалась на моей стороне.

Жених смолчал. В бизнес-классе нашлось свободное место на ближайший рейс, и я улетела.

* * *Дома началась старая, забытая игра в ожидание. В тех же стенах. Того же мужчину.