Семья моего мужа против развода (СИ)

Его величество пытался, только никакой поддержки не получил, потому что хотел пустить туда представителей от народа. Начинать с таких перемен, неудивительно, что против него заточили зуб! Можно же сначала попробовать засунуть туда нетитулованных аристократов, таких много, и представителей от купцов и буржуазии, общественных деятелей… Династия должна стать символом и гордостью империи, новатором идей, а не пережитком прошлого и бременем, к какому будущему она сейчас и катится, — твердо уверен в своих словах супруг.

Браво, выдержка отменная у герцога Эккарта!

Бизнес-партнер, однако, качает головой.

— Я знаю, что многие среди промышленников вас бы поддержали, но сейчас…в Кармии начинается гражданская война, время не совсем подходящее.

— Наоборот. Время как нельзя подходящее, — вставляю я слово. — Они наши ближайшие соседи, на восточной границе уже неспокойно. Император тоже это понимает.

Эти слова заставляют их задуматься.

Вспоминаю чаепитие императрицы. Ну не просто так ведь планируют отправить войска в ту часть страны! Превентивные меры? Как легко перекидывается пламя с одного пораженного дерева на другое, так и сейчас ситуация в империи легко может перенять радикальные настроения восточного соседа. Только восстанет уже сам народ.

Раскол в обществе давно уже произошел. Часть дворянства стала заниматься предпринимательством, получая свой основной доход не с феодальной земли, а за счет собственного риска и таланта. Старое же дворянство, которое и было той силой, что хотела сместить императора, продолжало традиционно жить на арендную плату со своих крестьян, эксплуатируя их и постоянно увеличивая показатели сборов. Рассредоточены их земли в основном на юге и востоке, где почва есть плодородная почва и угодья.

Даже если императрица благополучно родит, разве их ребенок окажется вне опасности? Его величество и сам понимает, что никакого выхода не видно. В нынешних условиях. Главное, найти правильные слова и тогда, я уверена, Доминик поддержит эту идею. Кажется, что ему самому власть скорее бремя, нежеланный груз.

Двигают мной отнюдь не благие для всего народа намерения. Прежде всего мысли занимают размышления о том, как уберечь свою собственную судьбу. Но последнее чего бы я хотела — это чтобы пострадали невинные люди. А такие бунты обречены на разгон гвардией и вряд ли из этого выйдет что-то хорошее.

Рейнард кивает:

— Когда Доминик только продвигал свои идеи, то поддержки не получил, а мысли-то были здравыми, просто пять лет назад общество еще не было готово к таким переменам, он опережал время и слишком провоцировал консерваторов. Но сейчас дела обстоят иначе.