Семья. Измена. Развод

Здесь уже работает открытая терраса, на которую так рвется Марк, но приходится немного остудить его пыл. Он же только после болезни. Именно поэтому занимаем стол у панорамного окна. Вид здесь не хуже. Река, мост. В солнечную погоду наш город прекрасен.

Пока Миша с сидящим у него на коленях Марком выбирают, что будут есть, бездумно листаю меню. Чувствую себя все еще странно, словно меня неплохо так приложили чем-нибудь тяжелым по голове.

Трогаю свое запястье, которого Миша касался, и покрываюсь мурашками. Бросаю быстрый взгляд на мужа, который этого не замечает, и на выдохе отворачиваюсь к окну.

Наблюдаю за проплывающей по реке парусной яхтой. В том году мы целую неделю жили на яхте у берегов Мадейры. Марк был в восторге.

— Мам, ты будешь? — Марк сует мне под нос страницу меню с картинкой какого-то десерта, украшенного клубникой.

Морщусь.

— Я салатик, — прокашливаюсь и делаю глоток воды.

Подташнивает от одного вида сладкого в последнее время. Хорошо, что Миша сменил свою туалетную воду, иначе я собрала бы сейчас комбо запахов и блюд, которых не переношу в своем положении.

— Папа, а когда мы переедем в другой дом?

— Скоро, сынок.

Пугливо поглядываю на сына, а потом на Мишу.

Переезд в новый дом — это символ нашего развода. Как только мы с сыном туда съедем, это будет означать, что с Мишей мы больше не муж и жена. Пусть наш брак и был изначально фиктивным.

Сейчас Марк выглядит счастливым и абсолютно не догадывается, что с появлением нового дома его встречи с отцом сократятся, а жизнь изменится...

— Лучше расскажи, что там за девочка? — Миша меняет тему.

— Какая девочка, сынок? Впервые слышу о девочке.

— В саду, мам. Это был секрет, — Марк с укором смотрит на Мишу.

У него с отцом секреты. Нет, правильно, и понятно даже. Как бы сильно ребенок ни был привязан к матери, но он мальчик, а значит, со временем все больше и больше будет тянуться к отцу.

Улыбаюсь, но все время завтрака остаюсь лишь слушателем. Марк болтает без умолку, Миша активно ведет с ним эту беседу, а вот я ковыряюсь вилкой в тарелке, чувствуя легкую ревность.

Как мы вообще сможем пережить развод? Сумеем ли выйти из ситуации достойно?

Что будет с Марком? Этот вопрос беспокоит меня больше всего. Дети все тонко чувствуют. Остро реагируют. Он может закрыться в себе или стать агрессивным...

Когда я об этом думаю, сердце сжимается. Я, наверное, махровая эгоистка, раз хочу разрушить привычный для моего сына мир. Но не могу иначе. Просто не могу…

В детский сад мы в итоге опаздываем практически на час.

Распрощавшись с Марком, Миша, как и обещал, везет меня на работу, только зачем-то выбирает самый длинный путь.

— Если бы ты свернул, было бы ближе.

— Знаю, — Князев кивает, но выбор свой не объясняет.

Нервно постукиваю пальцами по лежащей на коленях сумке.