Семья для нефтяного магната

Вот прямо сейчас…

— Покричи для меня, детка, — утробно рычит Тихомиров и, смяв мою грудь ладонями, с жадностью впивается поцелуями. В каждую по очереди.

Я действительно не могу больше сдерживаться и вскрикиваю. На каждый укус по нежной коже, поцелуй, движение тел…

Нас накрывает удовольствием одновременно. Я чувствую, как по плечам Кости прикатывается дрожь, а потом между нашими телами становится горячо и мокро.

— Ммм… — посмеиваясь, трется Тихомиров носом о мою щеку. — Кажется, я только что отрезал тебе все пути к отступлению. Теперь, как порядочная исламская женщина, ты просто обязана стать моей женой.

— Костя… — заливаясь смущением, смеюсь в ответ и прячу лицо у него на плече. — Я же не против.

— Потому что… — давяще подсказывает он мне.

— Люблю тебя, — шепчу горячо и целую его в шею.

Касаясь губами артерии, чувствую, как сильно сейчас бьется его сердце.

— Я тоже тебя люблю, — хрипло отвечает мне Тихомиров и коротко целует в губы, скатываясь на диван.

Натягиваю на себя одеяло и прижимаюсь к его груди. Мне невероятно хорошо и уютно. Немного стыдно, но не критично, потому что никто не думает осуждать. Даже внутренний голос молчит, наверное, решив, что теперь обо мне есть кому позаботиться.

— Завтрак остыл…

— Я бы, честно говоря, съел тебя прямо сейчас ещё разок, — скользит его мурлыкающий голос горячим дыханием по кромке моего ушка, — но я понятия не имею, можно ли так страстно любить девочек в положении. Ты как, детка?

— Замечательно, — говорю абсолютно искренне и сама касаюсь поцелуем губ Константина. — Мне ещё никогда не было так хорошо…

— Я уже понял, — немного жестко, но самодовольно хмыкает Тихомиров и на несколько секунд крепко прижимает меня к груди, целуя в макушку. — Все, отправляйся в душ. А мне нужно сделать одно важное дело.

Глава 34. Родственники

Назима

Выхожу из душа, вытирая волосы полотенцем и вдруг слышу разгневанный голос брата. Откуда он здесь взялся?

— Ты помнишь, что я обещал тебе отстрелить, Тихомиров? — бесится Саид. — Она не выдержит твоих пьяных загулов, будет страдать. Почесать больше негде было? Ты вообще в курсе, что она беременна?

— Это ты сейчас в таком тоне о моей жене говоришь? — невозмутимо отзывается Константин. — И о моем ребёнке?

Я прижимаюсь к двери и, чувствуя острый приступ счастья, закусываю губы, расплывающиеся в улыбке. Нет, это состояние не возможно описать словами. Когда долгое время ты думаешь, что никому не нужна, что просто одна во всем мире, а тут за тебя спорят мужчины, решая, как сделать твою жизнь лучше. Не скинуть ответственность, а именно позаботиться и причинить счастье.

— Ты старше ее на шестнадцать лет, — рычит Саид.