Принцесса для босса. Семья из прошлого (СИ)

— Говорил, — одобрительно кивает Зейн, а затем добавляет уже мне: — Дорогая Ярослава, я хочу предложить вам работу."

"Глава 32

Максим

От такой наглости я натурально теряю дар речи. Благо, всего на пару секунд. А затем, едва не расплескав кофе, встаю из-за стола и весьма эмоционально интересуюсь:

— А вы не охренели ли, товарищи?

И несмотря на то, что от избытка эмоций я забыл перевести фразу на английский, кажется, присутствующие меня поняли. Потому что мигом тоже подскакивают со своих мест и начинают наперебой уверять меня, что злого умысла не преследуют и предлагают Ярославе лишь временный проект пока она в отпуске. Неплохо оплачиваемый, кстати.

Но как только угроза преждевременного инфаркта начинает отступать и тахикардия замедляется, в дело вступает Птенчик. Ее нога в лаковой лодочке больно врезается в мою щиколотку и на весь кабинет раздается гневное шипение. В принципе, ее вопрос практически идентично повторяет мой собственный, разве что вместо “товарищи” звучит моя фамилия.

— Вы меня уволили! Какая вам разница, где я буду работать после окончания сделки?

— Захотела стать десятой женой в гареме? — в тон ей парирую.

Уверен, споря на родном языке мы нарушаем как минимум пару пунктов делового этикета, но сейчас это меня не особо волнует. Яру, судя по всему, тоже.

Она даже не смотрит на арабов, в данный момент ее пронзительные голубые глаза прикованы ко мне. Сверкают и поражают меня молниями, будто я снова ее уволил. Неужели не понимает, что я для нее стараюсь? Опомниться не успеет, как они замотают ее в хиджаб и увезут куда-нибудь в пустыню!

— Причем здесь гарем? — от возмущения она переходит на ультразвук и тоже вскакивает со своего места. — Им нужна помощь в продвижении жилого комплекса!

— А ты не думала, что это лишь попытка заманить тебя? Посмотри только как они на тебя смотрят!

Ярослава громко ахает, но вместо того, чтобы смотреть на Саида с Зейном, прищуривается и цедит сквозь зубы:

— А вам какая, собственно, разница, Максим Владимирович?

И тут бы мне самое время задуматься, но я почему-то не могу. Сколько угодно могу себя убеждать, что действую исключительно из человечности. Дескать, была бы на ее месте другая девушка, я бы и ее отговаривал от такого щедрого предложения. Можно еще “утечку мозгов” за границу ввернуть, разбазаривание ценными кадрами и все в таком духе. Но так как врать самому себе раньше никогда не входило в число моих пагубных привычек, то и начинать не стоит. А значит стоит признать, что дело в Ярославе.

Одна мысль о том, что загребущие арабские руки заполучат Птенчика в свое личное пользование вызывает у меня что-то сродне панической атаки. Во рту становится настолько сухо, что Сахара кажется тропиками в сравнении.