Случай в Семипалатинске

Балашов упросил одного из собутыльников показать ему обзаведение. Двое пьяненьких ввалились в барак, и новый приятель стал водить Павла из комнаты в комнату. Он по-хозяйски распахивал дверь и кричал:

— Заходи и ты! Гля, как тута. Хлев, а не человечье жилье…

Бабы ругались на незваных гостей и быстро выставляли их вон. Так без малейшего стеснения мастеровой прогулялся по всему этажу, но одну дверь он обошел стороной.

— А тут чего? — поинтересовался искатель места. Собутыльник хмуро ответил:

— Да ну их. Тут зверье какое-то. Туда не пойдем, а то еще навешают.

Пьяный сразу протрезвел и, понизив голос, ответил:

— Говорят про себя, что артель золотостарателей. А с виду горлорезы. Айда отсюдова.

Балашов вернулся в полицейское управление и рассказал, что удалось разведать. Получалось, что он ничего не узнал. Да, живут какие-то люди. Местные их побаиваются, но молчат. Что делать?

— Прийти и поглядеть документы, — предложил Лыков-Нефедьев.

Все покосились на полицмейстера — он отвечал за прописку. Но Кузьма Павлович взмолился:

— Господа, не губите! Я только-только должность занял. И то не до конца. Исправляю обязанности. Поссорюсь с Прокопием Федорычем, и шиш мне тогда, а не должность. Да и завод тот за городской чертой, на земле, мне не подведомственной.

— Я туда схожу, — принял решение коллежский советник. — Официально, в рамках дознания. Бумаг у меня полный карман, пусть власть окажет содействие.

— Какая власть? — испугался подъесаул. — Полицейская?

— Да нет, военных попрошу. Возьму казаков из гарнизона, проверим документы, установим личности, все как полагается.

— Вот это верно, — обрадовался Забабахин. — А ежели кто окажется бесписьменный, тут уж и я подтянусь.

— Только надо сохранить все в тайне, — предостерег подпоручик. — Пусть губернатор даст команду, а подробностей казакам не сообщает. Выполнять распоряжения коллежского советника Лыкова, и точка.

Алексей Николаевич отправился к Галкину. Тот принял его не сразу — отлучался в комнаты навестить больную жену. Вышел хмурый, на нем не было лица.

— Может, вызвать врачей из Омска? — тактично спросил гость. — Или из Петербурга. Через десять дней будут здесь.

Генерал махнул рукой:

— Поздно уже, Алексей Николаевич. Не жилица. Жалко ее, так мучается… Что у вас?

Питерец рассказал о подозрительных людях на Знаменском заводе и попросил военных помочь с ними разобраться.

— Забабахин боится, и его можно понять. Он не утвержден в должности, а владелец завода — богач и городской голова. Прокопий Федорович и в столицах многие двери ногой открывает. Лучше обойтись без полицейских, одними казаками.

Они вышли на подъезд, и полковой командир спросил недоверчиво:

— Вы вправду из самого Петербурга?

— Никогда там не был.