Семья для мажора

Час спустя закрываю за Алёной и Кариной калитку.

От промозглого ветра кутаюсь в шаль. Чешу уши Демона и, глядя в его преданные собачьи глаза, глажу черную морду.

Вернувшись в дом, помогаю деду убрать со стола.

Падаю в постель, как подкошенная.

Глядя на черный проем окна, с тоской думаю о том, где он сейчас и чем занимается?

— Уффффф… — рычу в подушку, потому что, где бы он ни был, у меня тело вибрирует от долбаного желания оказаться там же, но все, о чем прошу его мысленно — не дать своей семье проехаться по мне бульдозером просто за то, что так сильно его люблю.

— Мне завтра нужна твоя помощь, — подняв от ноутбука глаза, смотрю на брата.

— Какая? — бормочет не особо внятно, стоя перед кофемашиной в одних трусах.

На моих часах половина восьмого вечера. Вернуться домой утром и проспать целый день для него норма. Я не врач, но выглядит он дерьмовее, чем на прошлой неделе.

— Съездишь со мной в пару мест, — проверяю свою почту и выключаю ноут.

— У тебя есть почки запасные? — спрашиваю, вставая с дивана и намекая на то, что продолжать кутить в таком режиме чревато для здоровья.

— Отвали, — просит, опрокидывая в себя чашку кофе.

— Мне нужна твоя помощь, — забираю с журнального стола свой телефон.

— Ну, попроси друга своего, Баркова, — бросает язвительно.

— Я тебя прошу, — смотрю на его лохматый белобрысый затылок.

У него на башке прям кукольные кудри, и сейчас, когда волосы отросли, башка его похожа на одуван. Мы не похожи. Теперь понятно почему. Между нами нет родства. Никакого. Но это не значит, что мне резко стало на него насрать.

Молчит, открывая холодильник.

Я не домохозяйка. Сам обедаю где придется.

Задержавшись у барной стойки, жду его ответа.

Захлопнув дверь холодильника, говорит раздраженно:

— Я не в ресурсе. Найди кого-нибудь другого.

— Когда будешь в ресурсе?

— Не лечи меня, — психует, уходя по коридору и пиная валяющийся на полу бумажный пакет.

Войдя в комнату, шарахает дверью.

Я не психотерапевт, но на мой взгляд у него слишком много свободного времени.

Он на два года моложе, и в детстве был моей тенью. Если я знаю его достаточно хорошо, завтра утром он будет здесь, ждать моих указаний, а если нет, значит все еще хуже, чем я думаю.

Пройдя мимо его спальни, обуваюсь и надеваю куртку.

Еще половина восьмого, и я не знаю на кой хрен выхожу из дома так рано. До Калининой и ее кофейни мне добираться пятнадцать минут даже с учетом пробок.

Мне, сука, невтерпеж.

Включив автозапуск, выхожу из квартиры.

На улице густой туман. Не видно ничего уже на расстоянии в пару-тройку метров.

— Охрененно, — ищу в кармане брелок и отключаю сигнализацию.

Габариты “Порша” вспыхивают красными огнями, указывая мне дорогу в этом молоке.

Навстречу неожиданно попадается сосед-собачник и так же быстро исчезает.