Семьдесят пять шагов к смерти

— Он ни о чем вам не рассказывал?

— Ни о чем особенном. Обычный соседский треп про дом, квартплату, работу.

— А ничего особенного — ну там гостей странных или что-то еще — не замечали?

— А на семейном фронте?

— Тут да. С женой у них там какие-то нелады пошли. Раньше я их часто вместе видел, а теперь — нет. Теперь Игорь, простите, Игорь Олегович все больше один. И собаку сам прогуливает, и по хозяйству.

— А вы откуда про хозяйство знаете?

— Так он ко мне как-то за солью приходил. Соль у него дома кончилась. Яичницу он готовил, хватился, а соли нет. А яичница — это симптом.

— Яичница — это типичное блюдо холостяков.

— Когда вы его в последний раз видели, Игоря Олеговича?

— Давно. Пожалуй, несколько недель назад. Он с работы поздно приходит, я в это время уже сплю. А может, и вовсе не ночует. Не могу сказать.

— Он вам ничего про какие-нибудь проблемы или угрозы не рассказывал? Не намекал?

— Нет, но ходил мрачный, все про планктон и китов рассуждал.

— Про что, простите?

— Про планктон, которым киты питаются. Глотают, знаете ли, так тоннами, процеживают через ус и переваривают. Чтобы жирок нагулять.

— А он к кому себя причислял?

— Как ни странно — к планктону… который в самом низу пищевой цепочки… Вот и выходит — скушали его.

— Почему вы так считаете?

— Я не считаю. Я не счетовод. Просто кажется…

Два человека, двое мужчин, один молодой, другой не очень, стояли друг против друга в каком-то случайном скверике. Мимо носилась, галдя, детвора, что-то кричали их мамаши, но им было не до них. Им было ни до кого.

Говорил всё больше молодой. На правах победителя.

— Вы не справляетесь с ней. Ей хочется… Ей много чего хочется. А она получает чуть-чуть. Голодный всегда идет туда, где еда.

— Это вы мне говорите — ее мужу?

— Да. Зачем мне изворачиваться, лгать? Я люблю вашу жену. Кажется, всерьез.

— Люблю. А она вас… Не знаю… Наверное, привыкла за долгие годы. Но страсти нет. Ваши отношения потухли. Сдулись, как проколотый шарик… Извините.

— Эй, юноша, вы чего добиваетесь?

— Куда? К вам? Или на все четыре стороны?

— Просто отпустите. Ваши чувства перегорели, ваш брак формален. Она не любит вас.

— А вы женитесь на ней?

— Не знаю. Не думал. Как минимум мы поживем вместе.

— На какие шиши, позвольте спросить? Моя жена привыкла к благополучной, обеспеченной жизни. К очень обеспеченной. У вас есть деньги удовлетворить ее потребности? Другие, верю, вы удовлетворить сможете, на это денег не нужно. — Игорь Олегович криво усмехнулся. — А одеть, в Европу свозить, украшения прикупить, машинку?

— Что-то я, конечно, имею. Но ведь и она не нищая.

— Она нищая. Будет. Или вы думаете, что я намерен субсидировать вашу безбедную совместную жизнь? Или вы на это рассчитываете?

— Я ни на что не рассчитываю, но есть закон.