Семь способов засолки душ

Эти полчаса нам нравились — за нами не присматривали, и мы могли не полоть грядки и не собирать смородину, а ловить жуков и бабочек, сражаться на яблоневых палочках и гладить кошек, у Василия Дмитриевича их было две.

Кстати, Ваня тоже собирал смородину. Я разве о нем не говорила?

У нас с Андреем был друг. Он был худенький и смуглый, с кожей цвета летней полуденной тени. Он быстрее всех бегал и набивал тележку мусором, очень старался.

Один раз, когда мы играли, Ваня сидел на окне и вдруг замахал кому-то рукой.

Внизу стоял мужчина, махал Ване в ответ. На миг он отвернулся, провел ладонью по лицу, снова махал.

Это кто, спросили мы с Андреем.

Это папа, сообщил Ваня.

Мы не успели разглядеть Ваниного папу — в комнату вбежала его мама, стащила нас с подоконника. Слезь с окна, сказала она Ване, с папой нам нельзя общаться, помнишь? Он отступник.

Ванин отец приходил уже в который раз, упрашивал Ванину мать образумиться, вернуться — или вернуть ребенка. Верить в Великого духа он не желал, поэтому был изгнан из семьи — точнее, семья ушла от него в «приют».

Пойдем, я тебе кое-что покажу, сказала Ванина мать с чуть перекошенной, будто приклеенной, улыбкой, взяла Ваню за руку и увела из комнаты. Мы с Андреем сразу бросились к подоконнику, было жутко интересно, стоит там Ванин папа или уже нет. Его уводили трое учеников отца, они скрылись под кронами тополей, и больше мы его не видели ни разу.

Если близкий не разделяет твоих взглядов, то он тебе не близок, так говорил отец."

"Родители Андрея были близки друг другу и верны секте. Они разъезжали в газельке по области и вместе вели семинары. Моей мамы тоже вечно не было дома, она приобщалась к свету: уходила на ритуалы, в медитацию, в астрал, в йогу, в общение с новыми членами «Сияния». Ей нравилась роль первой леди. Роль матери не была такой почетной. Мне слоняться по квартире было скучно — мой вечный аргумент, — поэтому Андрей с братом стали сидеть у нас. Андрей забавно краснел, когда послушницы садились рядом с ним в своих чулках в сетку и поддразнивали, называя его будущим шаманом. О, ты будешь великим шаманом, смеялись они, во-от с таким вот пером.

Уже в Омске я узнала, что мама Андрея покончила с собой. Не помогли ей семинары и брошюры.

Был еще один закон: если ребенок непослушен, значит, в него вселился злой дух.

Провинности бывали разные, не каждая оказывалась симптомом худшего, но в некоторых случаях проводили ритуал. Наказание придумывали наставники — не давать еду, заставлять молиться сутки напролет, всякое могло быть, — а родители исполняли.

Ваня был очень самостоятельный. Он не спрашивал разрешений, не стеснялся говорить что думал, смеялся над шаманами, был неудобным, в общем. Андрей сказал, что Ваня встретился с отцом. Это и привело к несчастью.