Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе

Не благовоспитанная, не робкая, не кроткая, не покорная!

– Кто вам сказал, юная леди, что вы мне не нравитесь? У вас премиленькое свежее личико, и радующие мужской глаз формы. А что касается вашего прескверного характера, то поверьте, пару месяцев муштры – и вы станете сама кротость. Я в этом знаю толк.

Николетт оставалось только успокаивать себя тем, что всё равно сбежит от генерала при первой возможности.

– Возьмитесь за руки, дети мои, – заунывным голосом пропел приготовившийся к церемонии настоятель.

Дидье встал рядом с креслом, на котором сидела Николетт, и попытался положить руку ей на плечо, но она брезгливо повела им, чтобы скинуть. Верхняя половина тела уже более-менее слушалась. Жаль, ноги пока всё ещё были ватными.

– Священные узы брака, – снова начал бубнить настоятель, – всегда считались ниспосланными с…

– Сократите церемонию, – резко перебил Дидье.

Святой отец понимающе кивнул:

– Дети мои, объявляю вас…

Кем именно, объявляет их настоятель, договорить ему была не судьба. Вечернюю тишину за окном вдруг взорвал выстрел. Выстрел! Сердце начало стучать радостно и неровно, захлёбываясь хмельной надеждой, что прибыла помощь. Настоятель вздрогнул и предусмотрительно замолк, быстренько засеменив к стенке. В следующую секунду окно распахнулось и в проёме показалось ружьё, которое нежным басом гаркнуло:

И хоть генерал никуда и не шёл, но почему-то быстро догадался, что вопрос адресован именно ему. Однако вместо ответа, развернулся и бросился к двери. Если он надеялся таким образом спастись, то зря. Дверь открылась ему навстречу, припечатав по лбу. Следующим на его лоб опустился кулак. Двойного удара дубовый лоб генерала не выдержал. Вернее, лоб-то выдержал, но сам генерал отлетел к противоположной стене, прямо в ноги побледневшему настоятелю. За дальнейшую судьбу Дидье Николетт была спокойна. Им уже занялась влезшая в окно Дороти с ружьём, и Филимон, который показался в оконном проёме вслед за ней.

Николетт же во все глаза смотрела, как в комнату входит её спаситель. Возмутительно красивый в своём гневе. Со взъерошенными волосами и горящими глазами. Сердце рвалось к нему навстречу. Он в три гигантских шага подскочил к ней. А в следующее мгновение она уже оказалась в его крепких надёжных руках.

– Тео, ты успел, – выдохнула она. – Меня чуть было не сделали женой Дидье…

– Пусть радуется, что я успел, – усмехнулся Теодор, – а то пришлось бы сделать тебя вдовой.

Глава 52. Зонтик от солнца

Дороти от души приложилась по дубовому лбу генерала прикладом, а потом отошла на пару шагов и взяла на мушку. А Филимон принялся его обыскивать. Оружия не нашёл, но обнаружил фамильный перстень, который вернул Теодору.

– Тройная кража: картина, леди и перстень, – хладнокровно констатировал дворецкий.