Семь Нагибов на версту

И эти гаврики пока о моей только слышали, но не видели. Что ж, небольшая демонстрация не повредит, а даже наоборот. Главное, чтобы потом в друзья не набивались — не люблю я их, потому что врут и предают. Всегда. Не верю я в искренность чувств и намерений. За любым добрым делом всегда стоит корысть — по крайней мере, в этом мире так.

Выходя из раздевалки, я столкнулся с Марго, явно кого-то поджидавшей. Сделал вид, что я ее вообще не знаю.

С другой стороны стояла ангел, и ее я тоже не узнал, потом поймал еще парочку взглядов и решил, что вообще тут никого не знаю и знать не хочу.

Поэтому дав эфир в ноги, я умудрился даже не врезаться в стену и вылетел на улицу под удивленными взглядами пролетающих птиц. Отработать посадку я еще не успел, поэтому неэстетично плюхнулся на землю, аккурат на траву, отделавшись отбитой спиной.

Подняв взгляд к небу, увидел тоненькую полоску красных трусиков, что его мне закрывали, но больше ничего не скрывали, а скорей подчеркивали. Это был провал, потому как штаны на мне были обтягивающие и толстые обстоятельства сразу среагировали на тонкий намек.

«Печалька», — только и успел подумать я, уворачиваясь от плети тьмы…

Глава 8

Глава 8

«Печалька», — только и успел подумать я, уворачиваясь от плети тьмы."

"Эфир в тело, и меня, как и обладательницу неприличного, но очень симпатичного белья отбрасывает в стороны. И если мой полет был недолгим — всего три метра, затем встреча с деревом, его нежные, но крепкие объятья, то ее отшвырнуло намного дальше. Насколько — я не увидел, потому что стонал и страдал. Кажется, я сломал себе в организме все ребра. А еще у меня спина болит. А у меня лапки. И это день только начался! Такими темпами до вечера я точно не доживу. А уж планы дожить до утра вообще кажутся неосуществимыми. Но я буду сильно стараться, потому как мужественный и целеустремленный.

Вставать или не вставать — вот в чем вопрос. Первое не очень актуально, потому как второе вызывает чувство тайны — тайны того, сколько еще у меня в теле осталось целых костей. А проверку лучше проходить в лежачем состоянии. Но я все-таки встал, потому как лежать в одиночку на земле — не наш метод.

В организме что-то хрустнуло, но вроде ниче так. Просто к ставшей уже привычной головной боли добавилась боль во всём остальном теле. Главное не обращать на нее внимания и делать вид, что так и задумано.

Я отряхнул потерявшую свой вид форму — на синем фоне грязь смотрелась загадочно и живописно. При этом я совершенно не обращал внимания на пялящихся на меня студентов — звезда выше этого. И вообще, они могут загадывать желание, раз увидели, как я упал. Приведя себя в относительный порядок, я потопал туда, где надо было, по идее, превозмогать.

Правда, далеко не ушел.