Семь Нагибов на версту часть 5

Настроение было веселым, будто я литр водки выпил. Походка пьяная, шатающаяся, очень подходящая, когда в тебя летят стрелы или плетения. Ну и ржал я периодически, распугивая тени от светильников. А что было делать? Эта маска была со странностями, но зато имела свои плюсы — любой, кто меня увидит, примет за своего близкого друга. А если выпьет, то потеряет память.

— Кто шагает дружно в ряд?

Семь Нагибиных — отряд.

Умные, смелые, ловкие, умелые,

Мы вам песенку споем,

А потом весь мир нагнем!!!

Кто не с нами, тот нам враг,

Кто не выпьет, тот дурак…

Маршировать под веселую песенку было здорово. Так я еще и бренчал на неведомо откуда взявшейся в моих руках гитаре. А я хорошо пою, когда хочу петь. Говорят, мог бы стать звездой, но это скучно. Нет, петь надо только для себя и для поднятия боевого духа.

На звуки моего голоса спустя минут двадцать гуляния по верхнему этажу выскочила какая-то тварь, напоминающая муравья, только гораздо большего размера. Не знаю, то ли хотела послушать бесплатный концерт, то ли думала, что тут наливают на халяву, но кинулась она на меня — или ко мне — очень шустро."

"А я что? Я добрый и веселый. Острот полон рот, что ни слово, то экспромт. Встретил муравьишку улыбкой светлой, да бутылкой с вином заморским. Но выпивка ему не пошла, потому как попав на него, сразу его спалила, что однозначно показало, что передо мной был не наш зверь русский, а басурманин какой.

Осознание этого факта меня очень расстроило, и я снова запел, потому как русские поют и от радости, и от горя:

— Водка закончилась, мрак на душе,

И от отчаянья мысли ужасные.

Нечего пить, я один в пустоте,

И состояние крайне опа-а-а-а-асное, -затянул я фальцетом, от которого лопнула голова еще одного неруся, принявшего форму муравья.

Пустой бутылкой я стучал по стенам в такт шагам, выбивая интересный ритм. Когда она случайно разбивалась, выпивал новую и продолжал стучать. Иногда сворачивал, иногда шел прямо. Просто так, двигаясь вперед. Ловушки обходил, даже не зацепив, монстры после пары атак бежали от моего пения. А я все шел. Зачем и куда, не помнил — почитатели Квасура никогда не отличались хорошей памятью.

Правда, в голове крутилась мысль, что я ищу себе хорошего собутыльника, который прячется где-то тут. А зачем он прячется или от кого? Конечно же, от плохой компании! Но я-то компания хорошая, и выпивка у меня прям огонь — вон, муравьишки подтвердят. А еще парочка жуков метров трех в холке и один червяк, что как раз сейчас стремительно от меня уползает.

— Ты кто⁈ — выскочили на меня двое явно не русской внешности. Острые уши, глаза злые — вот явно с похмелья маются. И одеты как-то странно — халаты до пола, украшенные вензелями.