Семь Нагибов на версту часть 4

Что же касается лично тебя — триста миллионов рублей должны упасть на мой счет в течении часа…

— Сколько⁈ — он вытаращил глаза на меня, охренев от озвученной суммы.

— И это только за обиду. За зарядку столбов ты платишь отдельно. Впрочем, вы же вроде как скидываетесь с ангелами и демонами — дело-то общее. Далее, из договора убирается пункт, где император может навязывать мне жен, если я сам их не выберу к определенному сроку. В утешение скажу, что скоро женюсь, так что он не имеет смысла.

Ну и третье, самое главное — добавить в него пункт, что любое вмешательство, прямое или косвенное, в жизнь рода Нагибиных, карается аннулированием этого самого договора. И да, более никто из нашего рода не подвластен суду империи. Со своими дураками мы будем разбираться сами. И поверь, я буду судить гораздо строже, чем ваш самый гуманный суд."

"— Это все или еще чего придумаешь? –скрипнул он зубами, понимая, что я могу требовать от него всего, чего захочу, и он выполнит все, потому как деваться ему некуда. Впрочем, я был более чем мягок с ним и ничего невозможного не потребовал. Мог бы и больше. Но боюсь, откушенный кусок окажется слишком большим, чтобы его прожевать.

— Все. Ах да, еще один момент. Лиза останется тут. Я хочу посмотреть, что с ней происходит. В конце концов, она моя рабыня.

Ну да, мне ее стало жалко, что скрывать. И реально хотелось понять суть ментальной магии, а по ее остаточному следу я смогу многое выяснить — благо, нужные навыки есть.

— Не пойдет. Она моя…

— Ты не понял — это не было просьбой или моим желанием. Я просто поставил тебя в известность. Рабыня — это такое же имущество, как и все остальное. Ты же не запретишь мне, например, пользоваться вот этой чашкой? А между ней и Лизой не слишком большая разница в статусе. Обещаю, как разберусь со всем, верну ее тебе в целости и сохранности. Ну, и правом хозяина пользоваться не буду — пришла невинной, такой и уйдет. Нагибины кто угодно, только не насильники.

Лиза, хватит притворяться. Я прекрасно чувствую, что ты пришла в себя. Сядь уже за стол, как полагается высокородной леди. Пол хоть и чистый, но совсем не теплый. Еще заболеешь.

Та резко, как по команде, вскочила, окинула нас бешеным взглядом, а после метнулась к сидящей на диванчике Кате и крепко вцепилась в ее руку.

Император сидел красный как рак, открывал рот, силясь что-то сказать, но не мог, дабы не усугубить своё положение. Он прекрасно понимал, что если встанет сейчас в позу, то его часы — даже не дни, — сочтены. В стране сразу начнется бунт и правящая династия сменится. И мне отдадут все, лишь бы я продолжил заряжать столбы. Ладно, сейчас он даст мне все, что я хочу. А вот когда я их заряжу, можно поговорить и по-другому.

Все его мысли читались, как открытая книга — мне даже напрягаться не пришлось.