Семь кедровых орешков. Смертница

Мужчины заматерились, получив болезненные ушибы, Еля тоже выдала пару «ласковых» слов сквозь стиснутые зубы.

Снаружи послышались крики, шум и звуки сражения. Заключённые напряжённо и удивлённо переглянулись. Не только Еля с Маем, но и двое других мужчин.

— Что там происходит? — с недоумением процедил один из них. — Нас кто-то собрался освободить? — и с недоверием усмехнулся.

Май и Еля промолчали — оба боялись надеяться на спасение, хотя глубоко внутри знали, что их не оставят без помощи.

Бой за стенами мобиля продолжался достаточно долгое время. Толстые стены глушили звуки, и заключённые ничего не могли разобрать из той ругани, что слышалась снаружи.

— Странные звуки, — пробормотал один из заключённых. — Как будто бабки старые ругаются.

Сердце Елении вдруг радостно встрепенулось — бабки старые?! Не может быть! Успели?! Они успели?!

Бердайн Огдэн просила её верить, и она верила, стараясь не поддаваться панике. Получалось, правда, плохо, но она старалась.

Шум постепенно стал стихать, ещё  через  полчаса входная толстая дверь мобиля распахнулась, и в проёме показалась... сама Верховная Фурия в боевой ипостаси.

— Мама, роди меня обратно, — шокированно пробормотал один из заключённых, вжимаясь спиной в стальную стену мобиля и, видимо, стараясь слиться с ней в одно целое.

Королева фурий выглядела очень впечатляюще, особенно с огромным кнутом в правой руке и окровавленным мечом в левой.

— Бабушка! —с огромным облегчением  выдохнула Еля, медленно поднимаясь с табурета, глаза, которые сейчас занимали пол-лица, засияли от восторга. Лично её внешний вид Фурии только восхитил и принёс неслыханное облегчение.

— Бабушка?! — в изумлении просипел второй заключённый, тоже пытаясь раствориться в стене.

— Ваше величество, вы очень вовремя, — серьезно проговорил Май, вставая и слегка кланяясь Бердайн.

— Без политесов, мой мальчик, — поморщилась Бердайн и широко улыбнулась своей ужасной острозубой улыбкой. — Я рада, что мы успели, — глаза-ямы сверкнули торжеством.

Затем решительным широким шагом она преодолела небольшое расстояние до решеток, за которыми находилась Еления. В когтистых лапах волшебным образом появилась связка ключей, которые Бердайн неуклюже стала подбирать, чтобы открывать двери камер Ели и Мая. В это время в дверном проеме показались перепачканные кровью лица Колина и Дана.

— Командир, ты как? — просипел хрипло Дан, морщась и держась одной рукой за раненое плечо.

Колин внимательно оглядел всех заключённых, на мгновение задержавшись внимательным взглядом на Еле.

— И вы здесь? — нахмурился Май. — Я же приказал вам ничего не предпринимать. Фурии — подданные другого государства.