Семь дней до Мегиддо

Наська – тоже… или я к ней привык?

А эта девчонка, еще несколько дней назад умиравшая в больнице, вела себя слишком по-взрослому.

– Работай, – сказала Дарина.

Анна подошла к стене, уставилась в металлическую поверхность.

В стене возник экран. Здоровенный, метра три по диагонали. Изображение было таким четким, словно мы смотрели в окно.

Вот только в экран вместилось несколько десятков крошечных «окошек».

Куколка провела в воздухе рукой.

Изображения замелькали, сменяясь, сдвигаясь, смещая ракурс, увеличивая и уменьшая размер, приближаясь к каким-то точкам и удаляясь.

У меня сразу зарябило в глазах, я отвернулся.

Деда Боря кивнул. Я кивнул ему в ответ.

Эта маленькая белокурая девочка и была той куколкой, которую приходил убить монстр. Даже сейчас, в самом начале Изменения, она ушла неизмеримо дальше от нас, чем Наська или Дарина. Может быть, даже дальше хранителя или монаха.

Я впервые подумал, что общеизвестное мнение о семи типах Измененных: куколки, жницы, стражи, старшие стражи, монахи, хранитель, мать, – может быть неверным.

То, что мы знали, лишь верхушка айсберга, торчащая над гладью океана.

А что там, в глубине?

– Вот, – сказала девочка, опустив руки.

Я глянул на экран, и мне стало плохо.

Экран разделился на три части.

Фойе. Кабинет с медицинским оборудованием. Лестница.

На каждой картинке был монстр.

Два в точности походили на убитого мной. Здоровенные, шестилапые, с мохнатыми головами. На экране они выглядели полупрозрачными, почти скрытыми своей невидимостью. Один изучал пустые койки, приподнимал белье, будто ожидал увидеть под ним спрятавшихся детей, нюхал пустые флаконы из-под медицинских препаратов. Другой бродил по фойе на шести лапах, временами прижимая голову к полу и касаясь ковров длинным тонким языком. Брал след?

Третий был более человекообразен. Ростом метра два, средние конечности недоразвиты, но при этом завершаются не ладонями, а какими-то костяными конусами. Лицо было почти человеческим, только лишенный волос череп поблескивал, словно натертый маслом. Монстр шел по лестнице, раскачиваясь и зыркая глазами в разные стороны. Потом остановился и уставился в экран.

Каким образом Гнездо за ним наблюдало, была ли эта видеокамера или что-то неизмеримо сложнее, не знаю. Но монстр наблюдение почувствовал. Остановился, открыл рот – явно издавая какой-то звук.

Две шестилапые твари бросили свои занятия и устремились куда-то.

– Оценка, – сказала Дарина. Ее пальцы на моей ладони напряглись.

– Два уничтожителя, один боец, – сказала Анна. – Это ровианская гвардия. Все трое завершены. Оценка… оценка… – Она помолчала. – Они пробьют оболочку.

Она вдруг как-то расслабилась, плечи девочки опустились, экран погас. Анна медленно повернула голову к Дарине.