Семь дней до Мегиддо

 – Мы друзья.

– Чьи? – мрачно спросила Наська.

– Максима.

– А он чей друг? Ее? – И она косо глянула на Милану.

Елена вздохнула и подошла к куколке. Я почему-то думал, что она присядет перед ней, по всем этим психологическим заморочкам «будьте на одном уровне с детьми», «говорите глаза в глаза». Но Елена осталась стоять: высокая и сухопарая старуха рядом с растрепанной хмурой девчонкой.

– Детка, у нас был ужасно тяжелый день. Мы разгромили логово, где выращивали монстров. Убили нескольких созданий, которые были виноваты лишь в том, что из них сделали послушных убийц. Потеряли нашего старого друга. А теперь пришли сюда, потому что иначе мальчик приперся бы спасать вас один. Ясно? Теперь позови его девушку…

– Его девушка… – начала было Наська, но осеклась. Засопела. – Она уже знает, она сама придет.

– Может, ты попросишь Гнездо не давить так на нас? – спросила Елена.

– Я не могу, оно само…

– А ты хорошенько попроси, – сказал деда Боря. – Я знаю, что Гнездо может ослабить психический щит.

Наська топталась на месте, явно не зная, как реагировать и что говорить. Совершенно на нее не похоже. Видимо, если моего появления она все-таки ждала, то «группа поддержки» стала для нее неожиданностью.

– Эй, мелкая, – сказал я негромко. – Не дуйся, лопнешь.

– Отойди, чтоб не забрызгало… – без огонька ответила она.

И тут я услышал голос Дарины:

– Кто вы?

Я повернулся, посмотрел на жницу.

Она не изменилась, уже хорошо.

Все же я боялся увидеть белые мертвые глаза.

А они были прежние, сиреневые, мерцающие.

Жница стояла у лестницы и смотрела на меня. Я вдруг подумал, что сейчас она скажет: «А ты кто такой?» У меня что-то сжалось и похолодело в груди.

Я шагнул к ней.

В следующий миг она сместилась ко мне – так быстро, словно не шла, а плыла по воздуху. Заглянула в глаза.

И прижалась к груди.

– Да… – начал я.

– Ничего не говори, – прошептала она. – Ни-че-го. Молчи."

"Я молчал. Чувствовал взгляды спиной. Но мне даже перед Миланой стыдно не было.

Я вдруг понял, любовь – это когда тебе не стыдно.

Обняв Дарину, я осторожно повернулся к своей странной команде.

Милана смотрела грустно, но без злости.

Деда Боря едва заметно мне подмигнул. Но хорошо подмигнул, с пониманием.

Наська, которая как-то неожиданно прижалась к Елене, вдруг фыркнула и своим прежним, нормальным голосом воскликнула:

– Хватит тискаться, на вас ребенок смотрит, между прочим!

– А ты отвернись, – посоветовал я.

Дарина медленно, неохотно отстранилась. Посмотрела на всех поочередно, будто оценивая. Сказала:

– Вы уверены, что хотите быть здесь?

Никто не ответил, все просто стояли и ждали.

Дарина вздохнула и на миг прикрыла глаза.

И я ощутил теплую волну, прошедшую по мне и сквозь меня.

Теплую, но рассеянную и полную беспокойства.