Семь Нагибов на версту часть 2

Как же так произошло, что граф хочет выйти из рода?

Понимаю, ситуация неординарная. Но раз всё так обернулось, что мне приходится легализоваться в городе, я хочу сделать это по-своему.

Вот уже три дня мы тут наслаждаемся жизнью и свободой. И только вчера решили наконец поехать и выбрать свой будущий дом. Нам повезло сразу, первый же из увиденных буквально влюбил в себя всю нашу компанию. Но, как оказалось, для его регистрации нужны были документы с официальной фамилией, а я быть Нагибиным, даже только на бумаге, больше не хотел. Вот и пришлось тащиться по жаре в имперскую канцелярию и еще ждать полчаса, пока меня вызовут на прием. То, что ты аристократ, тут не имело никакой силы — перед законом все равны. Такой вот пафосный бред.

Но от Нагибина — и фамилии, и образа, — надо избавляться, потому как это было клеймо, которое я больше тащить не хотел.

— Я должен посоветоваться с начальством, Ваше сиятельство, — клерк вскакивает и убегает. Буквально через минуту он возвращается, на его лице явно читается облегчение.

— Ямир Ярославович, пройдемте со мной, Вас примет директор. Лично.

Я следую за клерком. Мы поднимаемся наверх и заходим в кабинет с табличкой «Директор императорской канцелярии Его Величества». Очередной кабинет в этом мире. Здесь как будто всё решается через кабинеты. Хотя, разве в родном мире было не так? Абсолютно так же.

Директор уже встречает меня. По всей видимости, он тоже не из благородных. Просто обычный служака. Строгая военная выправка, широко посаженные карие глаза, высокий лоб, немного приплюснутый нос и тонкие губы. Внимательно рассматривает меня, словно сканер считывает, кто я и что я.

В целом, ничего выдающегося. Ну, кроме глаз. Его взгляд говорит о большом опыте работы с людьми именно в контексте всяческих просителей. А это, в свою очередь, косвенный признак того, что он из тех, кто сам построил свою карьеру, а не из тех, кого посадили на это место по блату.

— Ваше Сиятельство, для меня большая честь лично встретить человека, чьей семье мы все обязаны спокойной жизнью, — он кивает головой."

"Я же протягиваю ему руку. Да, здесь так не принято, ведь он не благородный. Но это должно сразу расположить его ко мне. Да и мне не зазорно пожать руку хорошему человеку. В его глазах мелькает удивление.

— Не стоит благодарности, — улыбаюсь ему, — каждый из нас на своём месте и делает то, что должен делать.

Внимательные глаза снова сканируют меня, словно в поисках фальши, а затем он продолжает:

— Я директор этого богоугодного заведения, Полевой Василий Васильевич. Скажите, правильно ли я понял доклад одного из сотрудников, что вы хотели бы сменить фамилию, то есть, выйти из рода графов Нагибиных? — переходит он к сути.