Селфи на балконе

— И? Что делать-то будешь, если я ее из дома не выпущу? — прапор с таким же серьезным видом смотрит на меня, отмахиваясь от женщин.

— Поживу у вас под балконом. — Наклоняюсь к ёжику, и шепчу на ухо. — Будешь приходить греть меня?

— Дань, ты по адресу. Я сама лучшая грелка в мире.

Согласен. Она и правда самая лучшая.

— Ну, раз даже под балконом согласен… — протягивает он, и головой кивает.

— Вот правда, я как только Туею увидела, сразу поняла — свадьбе быть. Я своего ребенка знаю. — Начинает мама, переводя тему разговора в другое русло."

"За ней подключаются все остальные, давая нам возможность выйти. Девушка тащит меня на кухню, и я уже не могу сдержаться, и целую так, будто делаю это впервые.

— Я соскучился.

— Я тоже.

— Уедешь со мной?

— Да.

— Выйдешь за меня? — Достаю заветную коробку, вытаскивая из нее кольцо. Вижу, как округляются и наполняются слезами её глаза.

— Да. Да. Да.

Прижимаю Натку к себе, зная, что уже никогда не отпущу. Она всегда будет рядом. Моя первая и единственная любовь.

Эпилог № 2

— Дочь, пока не поздно, может, подумаешь?

— Не, мам. Давно решила, в чём пойду.

Смотрю на себя в зеркале, поправляя распущенные волосы. Пока ещё Шведова, а через несколько часов на этом самом месте будет стоять та же колючая девчонка, но уже с другой фамилией — Корнеевой.

Наталья Корнеева.

Туся Корнеева.

Господи, кто бы мог подумать, а?

— Ну, кто в загс в пижаме едет? Тусь, что люди подумают? А сама? Потом жалеть будешь, когда детям начнешь показывать фотографии со свадьбы их родителей.

— Мамуль, до детей нам далеко еще. Но я уверена, когда они это увидят, будут говорить, что у них самые крутые предки.

Мама закатывает глаза, но всем понятно, она еще не оставила попыток переубедить меня. Стоит ли говорить, что наша с Даней квартира полностью забита моими родственниками? Да и не только моими. Рано утром к нам приехали бабули моего Корнейчика, со словами, мол, внук и без нас волосы свои начешет, а вот внучке помощь точно понадобится.

— Предки? Нас вы также называете? — Оторвавшись от своих одноклассников, говорит моя бабушка, прищурив глаза.

— Как они нас называют? — Вступает ба Люда, плечом толкаю свою сваху.

— Старухой они вас называют, Людмила Константиновна. — В своей манере поясняет баб Галя, а потом пристальным взглядов начинает рассматривать мой пижамный наряд. — Оболтус тоже в рейтузах пойдет?

— Это штаны. — Поправляю ее, и тут же представляю шок на их лицах, когда они увидят праздничный прикид жениха. — А Даня пойдет в… Вы сами скоро увидите.

Как ваш внук в шортах прискачет. Вслух, конечно, не сдала парня, ведь кроме его отца и мамы, об этом никто не знает, но про себя подумала, и тут же на лице появилась дурацкая улыбка, которая ни от кого не скрылась.