В погоне за бурным сексом

— Кончается девка у вас! Куда смотрите, эскулапы хреновы! — грозным окриком приветствовала старуха примчавшуюся по вызову медсестру.

Ниночка в самом деле хрипела и задыхалась. Она была бледной до зелени, конечности ледяные. Пульс прерывистый и слабый. Симптомы пугающие. И медсестра вызвала бригаду реаниматоров. Целый час они боролись за жизнь Ниночки. И наконец победили. Ниночка осталась жива. Но состояние у нее резко ухудшилось.

— Какой ужас! — произнесла Леся. — А что это? Последствия пережитого шока?

— Нет, не это, — прорыдала Маша. — Они считают, что Ниночку хотели убить!

— Что? Ах, ну да! Конечно. Игнат пытался ее задушить.

— Не он! То есть и он тоже!

— Ничего не понимаю. Кто же тогда?

— Ниночку собирались убить уже после того, как ее привезли в больницу.

И Маша рассказала поистине потрясающее окончание этой истории. Та самая бабка — соседка Ниночки по палате, которая подняла тревогу и фактически спасла девушке жизнь, уже не первый месяц маялась бессонницей. Если старухе и удавалось заснуть, то ненадолго. И сон у нее был такой чуткий, что от пролетевшего мимо комара бабушка просыпалась. Она и в больницу угодила поэтому. Из-за хронического недосыпа у бабки обострились все ее болячки. И она маялась, не зная, что лечить вначале.

Так что когда в палату привели Ниночку, бабка хорошо запомнила. Она только-только забылась неровным сном, и вдруг ее разбудили. Потом ей все же снова удалось заснуть. И проснулась она уже в другой раз, потому что в палату вошел человек в белом халате. И, подойдя к Ниночке, сделал ей укол. А уже через пять минут у Ниночки начался приступ, едва не ставший для нее роковым.

— Оно применяется только в исключительных случаях при сильной тахикардии, чтобы сердце не так часто билось. Врачи его не любят и используют редко. Так как в большой дозе оно может привести к угнетению сердечной деятельности и даже смерти.

Именно это едва не случилось с Ниночкой.

— А кто приходил в палату?

— Бабка говорит, что это был мужчина.

— Молодой или старый?

— Она видела его только со спины. Говорит, что вроде бы не старый и здоровый.

— Больше ничего. Но одно точно — это была не женщина.

— Уже хоть что-то, — проворчала Леся.

Она хотела еще раз поподробней расспросить Машу, но та вдруг воскликнула, перебив весь ход мыслей собеседницы:

— Да! Чуть не забыла! Дима умер!

— Что?! — ахнула Леся.

В ее душе поднялась целая гамма чувств. Все-таки умер! Какая жалость. И на глаза у Леси навернулись слезы. Конечно, она понимала, что глупо плакать по преступнику. Да и вообще Дима не был, что называется, благородным рыцарем. Но где их возьмешь, благородных-то? Приходится жить с тем, что есть. И Леся жила. И жила долго. И любила. И теперь вот не могла удержаться от слез, услышав о смерти бывшего неверного жениха.