Секс-тренажер по соседству

– Не могу, ты моя. Ты должна была сказать. Все сказать, – рычал он между поцелуями, от которых уклониться возможности уже не было. А вскоре не осталось и желания, больно сладкими и глубокими они становились.

А руки так грубо меня тискающие, самыми необходимыми.

В порыве чувств, он все-таки порвал бюстгальтер и вдруг снова сильно сжал грудь. Я вскрикнула, но когда он не отреагировал, пытаясь уже членом найти заветный вход, дала резкую пощечину, окончательно прерывая совокупление губ и языков.

Он протяжно выдохнул и тут же отвалился на другую сторону кровати, оставляя мое обнаженное тело в покое.

– Прости, я не хотел сделать тебе больно. Не буду давить, – прохрипел он басом и прикрыл глаза, шумно выдыхая горячий воздух, пока я чувствовала, как меня обволакивает такой привычный, любимый запах.

Я часто дышала, вдыхая его. Смотрела на то, как солнечные блики танцуют по потолку, как шторку мотает из стороны в сторону, как за окном кроны деревьев ласкает ветер и думала, что можно ссориться вечно.

Очень долго выяснять, кто прав, кто виноват. Можно долго ругаться и в итоге, даже не приблизиться к желаемому. Не познать, того восторга, который может быть только между двумя настолько подходящими людьми. То, что это так, я давно для себя решила.

Можно еще долго выяснять отношения, а можно повернуть голову, с огромным удовольствием увидеть, что солдат, по-прежнему стоит, смотрит ровно вверх, готовый в любой момент возобновить сладкую схватку.

– Ты не мог бы еще немного поуговаривать меня?

Артем распахнул глаза и повернул голову, долго всматриваясь в мое лицо, словно ожидая, что заявлю: «пошутила». Что встану и уйду.

Но я не уйду. Уйдет он, уже очень скоро. И именно поэтому я – не уйду. Не буду тратить время на бессмысленные пререкания.

Артем выждал положенные несколько секунд, повернулся и, опираясь на локоть, навис сверху, как скала, ограждая от всех бед, так же как сейчас ограждал тенью от солнечного света.

– Ты просила быть нежным. Я, пожалуй, мог бы попробовать.

Я посмотрела вниз, на то, как его живая стрела стремится к моей мягкой возбужденной щели и с игривой улыбкой шепнула:

Артем оскалился, приблизился к губам, которые я тут же приглашающе раскрыла, но поцеловал лишь щеку, потом спустился ниже, заставляя меня замереть в ожидании восторга, который я ощущаю каждый раз когда он жалит языком мое нутро.

Но нет, он лишь подул туда, заставив меня вздрогнуть, и ушел в самый низ.

Я с удивлением увидела, как он сел на одно колено на полу и взял мою ногу в руку.

– Что ты творишь? – хрипло выдохнула я вопрос.

– Раз сегодня мы идем к цели как пехота, начнем с того, что я давно хотел проделать.

Ощущение кончика его языка на ступне было забавным. Щекотно и приятно одновременно.