Секс и ничего личного (СИ)

— А во-вторых, насчет взаимной верности — я это серьезно.В случае чего, мы просто мирно и без взаимных претензий расходимся в разные стороны. У нас с тобой никаких отношений, и меня не волнует твоя личная жизнь, но соблюдение договора для меня принципиально. Я даже не требую с тебя решать прямо сейчас, — щедро разрешила я. — Можешь подумать!

Гросс Теккер закатил глаза. Гросс Теккер покачал головой. Гросс Теккер шумно и выразительно вздохнул. В общем, проделал всю ту пантомиму, которую изображают парни, когда считают, что девушка говорит глупости и банальности.

Я в ответ только ухмыльнулась: я-то была уверена, что через неделю-другую, крайний срок — через месяц, наше сотрудничество распадется ввиду очевидных причин.

Гросс Теккер, конечно, хороший мальчик, но…

Но, боги, какой же он бабник!

Впрочем, это всё дела грядущие. А пока…

Почему бы не утешить мальчика?

Я притянула его к себе ближе, оплетая ногами покрепче. Погладила по груди. И шепнула на ухо:

— Скажи, а как ты относишься к ролевым играм?

Сердце под моей ладонью забилось чаще.

— К ролевым играм, — повторила я, чувствуя, как колотится сердце и пересыхают губы, снова, как тогда, когда я предложила гросс Теккеру секс в обмен на исследовательскую работу, но продолжая изображать из себя опытную роковую даму. — Например, в принуждение…

— Тебе нравится принуждение?

Голос у него охрип, и это пролилось бальзамом на моё самолюбие.

— Мне не нравится принуждение, — снисходительно улыбнулась я, — мне это неприятно. Но мне интересно в него поиграть!

Вив некоторое время обдумывал мое предложение, на лице сменялись разные выражения и отражалась работа мысли.

Потом он деловито сгреб в захват мои запястья и завел руки мне за голову.

На этом этапе мне стало волнительно и тревожно, и кровь понесла по венам адреналин. Не от страха, нет — вот еще, бояться, — а от того, насколько неприличное и непристойное мы будем сейчас делать.

Я зажмурилась, предвкушая бесстыдное развлечение, а открыв глаза, резко взбрыкнула, сопротивляясь гросс Теккеру, который с сопением одной рукой возился с ремнем моих джинсов, а второй так и сжимал запяться.

Вив тут же выпустил меня из захвата.

Я взглянула на него укоризненно.

Он смутился пробормотал себе под нос “Проклятье, извини” и снова сгреб мои руки.

И уставился на меня вопросительно: ну, а дальше что?

Потом сделал рожу посуровее, постаравшись придать ей побольше зверства…

Я укусила себя за щеку.

Не ржать, Кассандра!

Мужская потенция — штука хрупкая, с ней бережно надо.

Вереница грядущих последовательниц тебе не простит, если ты нанесешь им невосполнимый ущерб.

И вообще… Ну ведь гнусно смеяться от того, что парню установки не позволяют применять к партнерше силу!

Не ржать, Кассандра!

…аутотренинг не помог.