Секс и ничего личного (СИ)

Несмотря на то, что фамилия гросс Теккера стоит на титульном листе.

— Мадемуазель Морель, — декан сложил пальцы пирамидкой, и продолжил. — Студенты привыкли к тому, что администрация академии смотрит на подобные случаи сквозь пальцы. Но это в прошлом. Больше никаких подлогов со студенческими работами в нашем учебном заведении не будет. И я обязательно выясню, кто на самом деле автор этого исследования. Это не так уж сложно, если ни вы, ни Шарпантье не признаетесь, я просто найму человека, который проведет сравнительный анализ всех ваших работ за годы обучения. И специалист найдет почерк, я уверен. Но, видите ли, в чем нюанс… У гросс Теккера это будет первый случай нарушения устава академии. Он отделается замечанием. А у вас ведь уже имеется одно замечание? И тоже, насколько я помню, за выполнение работы для кого-то другого. Тогда вам только погрозили пальцем. Но если окажется, что вы не вняли…

Наверное, я побледнела.

По крайней мере, декан смотрел на меня с удовлетворением во взгляде.

Шельма! Шельма, шельма, шельма! Два замечания в личном деле — это отчисление!

— Что ж, — выдохнул декан. — Если вы утверждаете, что никогда не видели этой работы, то можете идти.

Он легонько махнул рукой, отпуская меня, но я уперлась каблуками в пол, не спеша покидать кабинет:

— Я этого не говорила.

— Я не говорила, что я не видела этой работы. Я лишь сказала, что она не моя.

Декан молча смотрел на меня в упор, ожидая продолжения.

— Вивьен гросс Теккер обращался ко мне за помощью с этим исследованием. Но, поскольку я действительно вняла предупреждению деканата, речь шла не о написании работы, а о репетиторских услугах. Репетиторство, я надеюсь, у нас в академии всё еще разрешено?..

Молчание висело в кабинете, казалось, целую вечность.

— То есть, — задумчиво изрек терр Мулья, — вы хотите сказать, что вы, мадемуазель Морель, сумели натаскать месье гросс Теккера на тему до такого уровня?

Только смотрела декану в глаза — открыто, прямо. Как человек, которому нечего скрывать.

— Впечатляет, — декан притянул к себе злосчастную папку.

Перелистнул лист, другой… Открыл разворот с таблицей, которой я втайне отдельно гордилась…

— Нет, действительно, впечатляет. Что ж. Если это правда — то, полагаю, месье гросс Теккеру не составит труда прийти в деканат, допустим, завтра… нет, завтра не получится, лучше послезавтра… и доказать, что он действительно достойно разбирается в предмете. Идите, мадемуазель Морель. И если месье Шарпантье пришел, передайте ему, что он свободен.

Из кабинета я выходила, как сестра-близнец Луизы Бернар: деревянная, стеклянная, красно-белая.

Но при этом с четким осознанием, что декан терр Мулья ко мне откровенно благоволит.